Чжоу Цзышу недоверчиво посмотрел на девушку. Он предполагал, что молодая красавица являлась наложницей мужчины в сером. Другие причины, объясняющие их совместное путешествие, не приходили ему в голову.
Гу Сян сердито наморщила лоб и раздражённо выпалила:
— Чего уставился?! Я что, должна дежурить под окнами и слушать, как он делает это с другим мужчиной?
Чжоу Цзышу сдавленно закашлялся и смущённо потëр нос кончиком пальца:
— Юная дева…
Гу Сян в этот момент походила на маленького зверька, обнажившего острые клычки.
Но вскоре она отвела глаза и задумчиво указала носком сапога на спящего Чжан Чэнлина.
— Ты веришь ему? Веришь, что этот тип с дротиком был Призраком Висельника?
Чжоу Цзышу заколебался.
— Если… мальчик имел в виду Висельника из призрачного братства с хребта Цинчжу…[30]
Лёгкая насмешка мелькнула на лице девушки.
— Какая осведомлённость! Может, ты знаешь какого-то другого Призрака Висельника?
Чжоу Цзышу покачал головой и хотел заговорить, но тут острая боль насквозь пробила его грудь сразу в нескольких местах.
Чжоу Цзышу пришлось притвориться, будто он тщательно обдумывает ответ. Через пару минут он смог продолжить:"
"— Ходит молва, что на хребте Цинчжу, у подножия горы Фэнъя[31] расположена Долина призраков. Там находят пристанище люди, совершившие ужасные преступления, а также те, кому больше некуда податься в отчаянном поиске убежища. Все ушедшие в Долину теряют право называться людьми. Они «умирают», отказываясь от прежних воспоминаний и связей со старой жизнью, чтобы «возродиться» призраками.
Слухов о горе Фэнъя много, и все ужасающие — настолько, что враги отказываются от мести, как только человек становится призраком. Выживание в Долине ничем не лучше жестокой казни. Что до Призрака Висельника, то он когда-то был печально известным цветочным вором.[32] Сюэ Фан отнял жизни двадцати шести человек — как юношей, так и девушек, включая старшую ученицу школы Эмэй. Когда шесть крупнейших орденов объединились для возмездия, у Сюэ Фана не осталось иного выбора, кроме горы Фэнъя.
— Выходит, это мог быть тот самый Сюэ Фан? — Гу Сян покосилась на мёртвого человека со шрамом.
— Сюэ Фан за тридцать лет закрепил за собой славу свирепого преступника и убийцы, — усмехнулся Чжоу Цзышу. — Сомневаюсь, чтобы юная дева смогла легко победить его.
Гу Сян готова была пылко возразить, однако, взвесив все за и против, веско кивнула:
— Ты прав.
