После скорой смерти Чжун Цзыци Юй Боя сыграл на гуцине над его могилой и сломал инструмент, произнеся с горечью: «Ушёл в другой мир единственный человек, который понимал моё искусство, так для кого мне теперь играть?» Легенда говорит о дружбе между двумя мужчинами. Вэнь Кэсин не соглашается с тем, что его привязанность к Чжоу Цзышу — чисто дружеская.
∾«Прислонись к горе...» — идиома «靠山山倒, 靠树树摇» означает, что нельзя рассчитывать на внешнюю помощь, нужно уметь самостоятельно позаботиться о себе.
∾«Игнорируй советы… » — «不听老人言，吃亏不花钱» — разговорное изречение, переведено буквально.
∾Танхулу — засахаренные фрукты на палочке.
Том 2. Глава 47. Марионетки
Вытянувшись вверх, питон оказался выше Чжоу Цзышу. Змея без промедления рванула вперёд и распахнула пасть, намереваясь впиться чужаку в горло. Чжоу Цзышу уклонился, в развороте оттолкнул подальше Чжан Чэнлина и рубанул чешуйчатую тварь мечом чуть пониже плоской головы.
Из-под клинка брызнули искры, но на узорчатой шкуре не осталось и царапины. Резкий взмах змеиного хвоста чуть не сломал шею скользнувшему в сторону Чжоу Цзышу, но тот вовремя пригнулся.
Пролетев мимо его плеча, хвост с оглушительным лязгом опустился на землю. В воздух взметнулось густое облако пыли и мелкой каменной крошки.
Чжоу Цзышу осторожно отступил на три шага. Будь в его руке не Байи, а меч попроще, клинок с первого удара разлетелся бы на куски. Что-то было не так.
Внезапно в голове Чжоу Цзышу промелькнуло осознание: пасть гигантского питона ничем не пахла! Такие твари поедают жертв с потрохами и должны выдыхать гнилостное зловоние, а как иначе?
Сжавшись в комок у стенки, Чжан Чэнлин во все глаза наблюдал за происходящим и вдруг завопил, вскинув голову:
— Шифу! Змея ненастоящая!"
"Услышав звонкий возглас, питон настороженно выгнул шею и с шипением повернулся к мальчику.
И ладно бы Чжан Чэнлин ограничился одним выкриком, но глупый мальчишка внезапно растерял весь страх. Он поднялся на ноги, не забыв отряхнуть зад от пыли, и указал пальцем на хищную гадину, которая всем видом демонстрировала намерение проглотить мельтешащего человечка.
Если сначала Чжан Чэнлин пребывал в паническом ужасе, то теперь у него от облегчения закружилась голова и пропала вся осторожность: раз змея искусственная, то и людей она не ест, и опасности не представляет!
— Шифу! Глядите, этот питон только похож на живого, но… — не успел мальчишка договорить, как змея бросилась прямо на него.
Чжоу Цзышу нечего было сказать ученику на такую первосортную глупость.
