Но тогда каким образом Чжоу Цзышу избежал чудовищного наказания гвоздями «семи отверстий на три осени»? Вэнь Кэсин бесчисленное множество раз задавался этим вопросом, и вдруг его осенило! Неважно, как именно Чжоу Цзышу избежал превращения в пускающего слюни калеку, важно, что он знал такой способ…
«Небеса! Я увязался за действительно важной птицей», — подумал Вэнь Кэсин.
Чжан Чэнлин ещё обмозговывал услышанное, когда Цао Вэйнин понял, что не может молчать.
— Знаете, прежде мне казалось, что двое мужчин вместе — это немного странно, — с предельной искренностью произнёс юноша.
— Но теперь я убедился, что быть рядом с тем, кто понимает тебя с полуслова, — великое счастье. Не уверен, что даже бессмертные пары совершенствующихся знают друг друга лучше! Мужчина или женщина окажется родственной душой, никакой разницы в том нет. На эту тему есть одно стихотворение… — и он начал декламировать строки, покачивая головой в ритм:
«Спрошу я у мира, что за любовь, что связала
Жизнь и смерть диких птиц обещаньем?.
.
Озера Персиковых цветов бездонной пучины глубь
— Не мера для чувства, с… с…».[165]
Цао Вэйнин запнулся. Слова вертелись на языке, но, как он ни старался, вспомнить продолжение не смог. Смутившись, Цао Вэйнин попытался замять конфуз:
— В этом стихотворении господина Ду Фу заключён столь глубокий смысл, что его трудновато сходу понять. Такие строки определённо заслуживают, чтобы их красоту и содержание оценили без спешки.
Оба слушателя уставились на него как на полоумного.
[166] Повисшую тишину, грозившую превратиться в обоюдную неловкость, нарушил деликатный ответ Вэнь Кэсина:
— Школа меча Цинфэн воспитывает учеников поистине потрясающих боевых и литературных навыков. Это... поразительно.
Цао Вэйнин был чувствительным молодым человеком. Расценив слова Вэнь Кэсина как похвалу, юный мечник застенчиво улыбнулся и скромно потупил взор:"
"— О, вы слишком добры! Мой шифу считает, что для воинов улиня чтение бесполезно, поскольку мы не собираемся сдавать Императорские экзамены.
Достаточно вызубрить пару-тройку стихотворений, а остальное время посвятить боевым искусствам. Сказать по правде, я посещал библиотеку нашей школы лишь пару раз, и моё знание поэзии весьма поверхностно.
Вэнь Кэсин подумал, что хотя бы одно слово — «поверхностно» — Цао Вэйнин подобрал наилучшим образом.
Вдвоём они отвели мальчика к Чжао Цзину. Тут же сбежались люди, и взволнованный глава Чжао засыпал Чжан Чэнлина примерно сотней вопросов.
