И… Я залюбовалась тем, какой он был красивый, даже когда сердился.
Кто-то покашлял рядом.
Оказалось, к нам подошел мистер Донахью-старший, а мы с альфой уже пару минут смотрели только друг на друга, полностью отрешившись от зала, обиды Фороса и шепчущихся оборотней.
— На вас приятно смотреть, — совсем уже доброжелательно произнес глава, переведя взгляд на меня, — во всех смыслах приятно. Серьезное еще не планировали? А то могу объявить помолвку прямо перед выбором наследника.
Я дрогнула. Во-первых, мое короткое пребывание в статусе невесты Криса оставило неизгладимый след в памяти, официальные объявления меня теперь искренне пугали.
А во-вторых, столь несерьезное обсуждение грандиозного изменения в личной жизни, да еще перед важным мероприятием, показало, насколько окончательно поставлен крест на Итане в роли наследника. Отец перестал строить планы и разрешил сыну просто плыть по течению сердечных желаний.
Глаза Итана шокированно расширились, но он мгновенно взял эмоции под контроль, и голос зазвучал ровно:
— Мы еще не обсуждали это с Мари, уважаемый отец, поэтому объявление считаю несколько поспешным.
— Как хотите, — не стал настаивать глава, — хотя я не отказался бы от пары тигря… малышей, бегающих по дому.
Оговорка нисколько его не смутила. Перебросившись с Итаном еще парой ничего не значащих фраз, он повернулся и торжественно зашагал, поднимаясь по лестнице на возвышение.
— Он любит меня, — тихо сказал Итан, — но не знает, как относиться к ситуации, теряется.
Сама я не видела, в чем тут теряться, сын есть сын.
Меня мама примет любой, вон даже на письмо с намеком, что я стала оборотнем, весело ответила, что особенно нетерпеливо ждет теперь на каникулы. Дескать, в погребе завелись крысы, и моя вторая ипостась будет необычайно полезна в хозяйстве.
Я невольно фыркнула, вспомнив неунывающую родительницу."
"У Итана были более запутанные отношения в семье. Не пойму, зачем все эти сложности и мудрствования между своими. Все-таки хорошо, что альфа уходит из политики.
Обернулась поделиться с ним этой мыслью, поддержать.
И неожиданно увидела, с какой тоской он смотрит в спину восходящего отца, бросает печальный взгляд на два кресла.
Мое сердце пропустило удар, а потом забилось быстрее.
Я что-то упускаю? Неужели Итан «держит лицо» ради меня, а сам грустит по своему месту в клане? Я внимательно и настороженно начала воспринимать происходящее, ощущение стороннего наблюдателя исчезло. Если происходящее важно для альфы, значит, важно и для меня.
