— Я тоже не против, — согласилась я. Разрыв разрывом, но началось-то у нас с дружбы. Крис отважный, искренний и надежный друг. Может быть, удастся мне посмотреть на него как в первые дни знакомства, без застилающей взор обиды."
"Но кое-что Крис должен знать уже сейчас. Я обняла все еще стоящего передо мной Итана за талию и прижалась щекой к его плечу. Ощутила начавшееся расслабление напряженных мышц. Ему тяжело было слышать о возвращении Криса в мою жизнь. Прикосновение, открытое, говорящее всем присутствующим, что я считаю нас парой, успокоило его.
Мы были вместе. Вокруг бушевали смерти, выясняли отношения команды, закручивались интриги, а сердце Итана всегда билось ровно и только для меня. Ни разу он от меня ничего не утаил, никогда не позволил в себе сомневаться и не сомневался во мне.
Сбоку раздались тихие смешки, это не выдержала вампиресса. Все время беседы она поджимала губы, обижаясь на обвинения Дьюка, но наши переглядки вернули ей фривольное настроение.
— Какие взгляды, аж завидно. Втроем или вчетвером еще не пробовали? Мы с Крисом вполне могли бы присоединиться.
Ты как, Крис?
Она зеркально изобразила на Крисе мое обнимание Итана. Немного увлеклась в процессе, легонько шлепнув вампира по ягодице.
Тот поморщился, но не отодвинулся. Все-таки четыре месяца в Белом Замке меняют отношение к касаниям и красивым женщинам. А еще он на удивление спокойно отнесся к новости о моих отношениях с капитаном.
— Зара, не надо. Мы сами разберемся, — бросил он вампирессе.
— Здесь нечего разбирать, — весомо произнес Итан, — встреча уже завершилась.
Он сделал паузу, и прозвучало очень многозначительно.
— Команде еще работать. Но я не против твоего прихода, Крис. Только ближе к вечеру, когда у участников будет свободное время от конкурса. А сейчас приношу извинения, но нам нужно дальше заниматься конкурсом.
Ближе к вечеру… Сомнительное предложение, тем более Крис мог помнить, какие мысли одолевали меня по вечерам, не до гостей.
Вампир внезапно подошел ближе к Итану.
Его ноздри раздувались. Темные волосы упали на щеку, подчеркивая резкие острые линии скул. Слова задели, и эмоции взорвались, противореча уверениям мистера Дьюка об обретении контроля. Сейчас перед нами стоял прежний Крис, раздираемый чувствами под маской мрачности.
— Она моя, — зашипел он, — со всеми грехами и ужасным характером, со всеми тайнами и привычкой всеми манипулировать, но она моя и будет моей. Ясно?
Затем резко развернулся и почти побежал по лестнице.
