Завершив работу в студсовете, я помчалась в главное здание, где профессору Баррету выделили кабинет. От работы в студсовете много плюсов: к примеру, я всегда знала, где и кого искать.
Почти бегом преодолевая коридоры академии, я думала о том, как буду излагать свою исследовательскую идею, представляла, как профессор одобрительно кивает… Мысленно я уже выстроила всю нашу работу, в конце которой, по моим фантазиям, профессор Баррет обязательно скажет: «Вы – лучшая студентка, у которой я был научным руководителем.
Вы мечтали стажироваться в королевской разведке? Я напишу пару писем…».
Когда я подошла к двери в кабинет, сердце колотилось не столько от бега, сколько от предвкушения такого яркого финала.
Вдох-выдох, я постучала в дверь и открыла ее. И… замерла. Вместо профессора меня встретил неприятный сюрприз. У окна стоял Итан Ашер со своим неизменным кубиком-головоломкой. Очередное щелк-щелк-щелк эхом опустилось в сознании вместе с моей надеждой на светлое будущее.
– Что ты здесь делаешь? – резко спросила я, не скрывая раздражения.
Итан медленно обернулся ко мне, его лицо озарила холодная усмешка.
– Неужели это не очевидно, Харпер? – его голос скользил по мне, как ледяной ветер. – Я здесь по той же причине, что и ты. Договориться с профессором Барретом о написании диплома.
– Не смей! – я не выдержала, ощущая как паника напополам со злостью накрыла удушающей волной. – Ты никогда не интересовался боевой магией так, как я!
Итан сделал короткий шаг ко мне, в его глазах блеснула сталь.
«Мир не крутится вокруг тебя» – Ашеру даже произносить это не пришлось, фраза прочиталась во взгляде.
– Профессор Баррет – лучший. С чего бы мне отказывать себе в возможностью выбрать лучшего?
– Ты просто хочешь отомстить, – бросила в ответ, уже даже не пытаясь сдерживать эмоции. – Пытаешься отобрать у меня последнее, что действительно важно?!
– Льстишь себе, – хладнокровно парировал Итан.
Я уже была готова на ответную колкость, как вдруг нас прервал властный, негромкий, но полновесный голос:
– Тишина.
Я вздрогнула от неожиданности и обернулась. Профессор Баррет стоял у дверей. Он показался олицетворением строгости и силы. Его холодные серые глаза, спрятанные за стеклами очков, оценивающе смотрели на нас. Лицо суровое, без тени эмоций. Высокий, крепко сложенный – он носил обычную черную мантию, которая, несмотря на свою простоту, подчеркивала его статус и непреклонный характер.
