Тренированные мышцы воина, застывшие под кожей. Чуть пульсирующая жилка на шее, где тоже красовался рунический знак. Лицо мужчины было наполовину скрыто подушкой. Оттого я смогла лишь заключить, что крылатый — обладатель прямых бровей, упрямого широкого лба и римского, чуть с горбинкой, носа.
Я бы не сказала, что по канонам нашего модельного мира он красив. В нем не было ни капли гламурной красоты, которая является скорее результатом титанического труда визажистов, стилистов и фитнес-тренеров, чем даром от рождения.
Зато от него буквально веяло силой. Как сказала бы моя коллега, секретарша Леночка: «Столько тестостерона, что в нем можно если не утонуть, то захлебнуться — так точно».
Раненый еще раз пошевелился, перекатившись. При этом крылья, оказавшиеся снизу, начали уменьшаться, складываясь в валики, а потом и вовсе стали втягиваться в спину. От исследования физиологических процессов крылатых мужчин путем наблюдения меня оторвал крысиный писк: из разведки вернулась Энжи.
Я на всякий случай вставила выковырянный до этого сучок обратно в дерево.
Мало ли?
— Будь осторожна, — начала фамильяр, усаживаясь на задние лапы, а передними остервенело растирая мордочку. Не помогло, крысявка все равно расчихалась.
Была у нее такая особенность: аллергия на пыль. У крысы! Как оправдывалась сама Энжения — не на всякую, а с доброй долей магической составляющей, но сути это не меняло. После того как собеседница прочистила нос столь немудреным способом, как чих, она продолжила:
— Я разглядела вязь на его запястье.
Род Вердэнов. Плохо.
— А чем плохо? — не поняла я.
— А… да ты же не знаешь, — махнула лапой крыса. — Все забываю, что ты не от мира сего. Это один из пяти человеческих родов, который способен претендовать на престол. Чаще всего Вердэны по мужской линии — это дипломаты, военачальники, советники… В общем, опасные личности, приближенные к трону. Но вот что странно — этот раненый, хоть и принадлежит к роду Вердэнов, человек лишь наполовину.
И это притом, что наследники древних династий никогда не мешали кровь! А если учесть, что на предплечье у нашего соседа еще и знак урбороса — змея, поедающего свой хвост, то и вовсе тоскливо.
В этот раз вопросов я задавать не стала, лишь пристально посмотрела на крысу. Она ответила мне взаимным недовольным взглядом: разжевывай-де глупой хозяйке.
— Это символ. Его носят сумеречные гончие.
— Шпионы?
— Ну да, — удивилась моему непониманию крыса.
