Но почему она ничего не говорила об этом раньше?
Будто прочитав мои мысли, фея тихо ответила:
– Извини. Я не хотела тебя в это втягивать. Во всяком случае, пока не узнаю наверняка, связан ли сон с этим инцидентом.
– Эланор, я всегда буду тебя поддерживать. Ты всегда можешь рассказать мне, что у тебя на душе, – попыталась втолковать ей я.
У нее на лице отразилось облегчение.
– Спасибо, – ответила подруга сквозь сдавленный всхлип.
– Мы выясним, что не так с этим сном, – твердым голосом произнесла я, уверенная в каждом слове.
Фея кивнула, но почти сразу же у нее задрожали губы, и она разрыдалась. Я обняла ее, стараясь утешить, а Миссис Черника положила голову на колени Эланор, тихонько заскулив. С грустной улыбкой та почесала собаку за ушами.
– Хорошая девочка, – повторяла Эланор снова и снова, глядя на нее.
– Так что там написано в статье? – вернулась я к изначальному предмету нашего разговора и отстранилась от нее.
Эланор передала мне тяжелую книгу, судя по названию, «Энциклопедию фей», в которой было написано:
Способностью путешествовать по чужим снам обладают лишь немногие из фей.
Это одновременно проклятие и благословение. Благословение, потому что этот уровень общения может поддерживаться даже на большом расстоянии. Проклятие, потому что мир снов бесконечен. Известны многие случаи, когда бродившие в сновидениях феи не смогли вернуться в реальность, впадая в вечный сон. Среди фей с такими возможностями есть те, которые только и ждут возможности запереть других в своих снах или, наоборот, случайно попадают в чужие сны и сходят с ума.
Говорят даже, что это дьявол после пленения ведьмами творит зло во снах.
Я минимум трижды прочла текст от начала и до конца, прежде чем снова подняла глаза на Эланор. По коже пробежали мурашки, я не знала, что и думать. То, что дьявол обитает во снах, несомненно, всего лишь глупая болтовня. Но то, что феи запирают других фей во снах, просто ужасно.
– В таком случае не опасно ли тебе ходить к Элайдже во снах? – с осторожностью взглянула я на подругу.
– Конечно, опасно. Но будет еще опаснее, если о нашей любви станет известно всем.
Я понимающе кивнула. Тем не менее мне не нравилась мысль о том, что из-за путешествий по снам Эланор подвергает себя риску.
– Это любовь, понимаешь? – негромко сказала она больше самой себе, чем мне. – Любовь ослепляет, но в то же время позволяет тебе острее чувствовать прекрасное в жизни.
– Я понимаю. Вы с Элайджей имеете право на счастье.
