(двадцать лет назад)
— Талий, ты уверен, что ритуал пройдёт нормально?
— Эм, не беспокойся, — ответил ей супруг. — Я вместе со старейшинами всё проверил. Мы проверили ритуал на рабах. Всё работает!
— Ну раз ты так говоришь… — задумчиво произнесла Эмери смотря на комнату, всю исписанную рунами и символами.
— Конечно, любимая. Пойми, другого шанса у нас может и не быть! Пока ты в положении в тебе есть частичка Тьер."
"— Я просто беспокоюсь, что ребенку это может навредить, — сказала Эмери. Ведь она уже несколько дней плохо спала.
Она отгоняла от себя эти страхи, ведь Талий ни капли не сомневался в том, что они собирались предпринять.
А то, что в темницах сейчас находилось около десятка бастардов, в коих есть кровь Тьер, она не переживала. Члены рода Долгоруковых только к своим родственникам были лояльными, тогда как от врагов они избавлялись самым кардинальным способом. И это вбивалось всем отпрыскам с самого детства.
К тому же Талий зачем-то показал ей папки с личными делами. Все находящиеся в темнице люди были преступниками.
И хоть в это сложно поверить, но за несколько столетий многочисленный род Тьер наплодил много ублюдков. Тогда она решила, что муж считает её мягкотелой. Или может он это сделал желая, чтобы она меньше переживала во время беременности?
К сожалению, Эмери теперь не узнает ответа на этот вопрос.
Те события, произошедшие двадцать лет назад, Эмери вспоминает до сих пор с болью в сердце.
— Не беспокойся. Всё будет нормально, — с улыбкой подбодрил её Талий. Уверенный тон мужа развеял все её сомнения и беспокойство исчезло.
Вечером они вдвоём спустились в помещение. Внимательно посмотрев на жертв Эмери заметила, что все были с глупой улыбкой на лицах. И все десять пар глазах смотрели на них с почитанием.
— Что с ними? — спросила Эмери у Талия.
— Нам нужно их добровольное согласие. Для этого нам пришлось накачать их опьяняющими веществами, — ответил Талий.
Эмери лишь кивнула, раз её любимый сказал, что так надо, значит надо. После этого они оба подали свою энергию в лей-линии, ведущие от них к рунам, а затем к пленникам.
Через два дня Эмери проснулась в своей спальне. Первое, что ей бросилось в глаза, спящий в кресле около её кровати Талий. С момента, когда она его видела в последний раз, он сильно осунулся. Появилась так ненавистная ей щетина, которую раньше он каждый день сбривал. Но что ещё больше удивило Эмери, так то, что рядом с ним на столе стояли пустые бутылки из-под коньяка. А ведь её муж очень редко выпивал.
