Она вначале посмотрела на меня с благодарностью, но тут же её глаза сузились, и она спросила.
— Почему ты сразу не вылечил меня?
— Тебе честно сказать или соврать?
— Что за глупый вопрос? Конечно честно!"
"— Твои страдания — моя компенсация за твои несбыточные планы в отношении меня, — ответил я, не отводя от неё взгляда. Светлана растерялась от такого ответа. А я тем временем заметил улыбку на лице дуэньи. Вероятно, она была в курсе всех событий, которые знали обо мне Долгоруковы.
— Я запомню это, — и с более мягкой улыбкой добавила: — Надеюсь тебя хорошо научили танцевать.
Ведь теперь мне ничто не помешает танцевать до закрытия бала.
— Надеюсь ты понимаешь, что сегодня мы изображаем любящих друг друга подростков?
Светлана повернулась ко мне и неожиданно не аристократично ответила.
— Уж поверь, моя задница, хорошо запомнила это!
Глава 15
Дворец был красиво украшен. Начиная с пола, на котором были постелены ковровые дорожки, заканчивая светящимися всеми цветами радуги украшениями. Для дворян, приглашенных на бал, заезд был через запасной вход.
Так было задумано, потому что вся дворцовая площадь, как и в прошлое празднование, была забита людьми.
— Твой отец успеет к торжественной части? — спросил я у Светланы.
— Поверь, такие люди, как он, не опаздывают, — и усмехнувшись, дополнила, — про них говорят, что они задерживаются. В крайнем случае, колонну остановят и будут ждать его прибытия.
Я кивнул. Всё бы хорошо, если бы Светлана это говорила без пафоса и высокомерного взгляда на меня.
Однако я не пожалел, что помог девушке справиться с её травмой. Всё-таки от Меньшиковой ожидать чего-то большего не имеет смысла.
Когда мы вышли на балкон, где уже начали собираться остальные аристократы, я увидел с высоты насколько много было людей здесь. Каждый проулок, ведущий на площадь, ближайшие крыши и деревья были забиты людьми, желающими увидеть торжественную часть, посвящённую воинам-победителям. Оглядевшись по сторонам, я увидел ещё пять таких же балконов, на одном из которых развевалось знамя Рюриковичей — парящий сокол.
Но самих представителей императорского рода ещё не было. Встав к краю балкона увидел внизу большую трибуну, на которой, как я думал, будет стоять император и произносить свою речь.
— Ва Меньшикова, Де Тьер, — услышал я знакомый голос. Повернувшись увидел Долгорукова Ставра с какой-то пожилой женщиной. И заметив мой взгляд, родственник, произнёс: — Разрешите представить графиню Долгорукову Екатерину Аркадьевну, мою бабушку.
