Едва Люк вышел за ворота, охранная магия вспыхнула по контуру ограды. Из этого можно было сделать два вывода: во-первых, ди Тифрин – маг; а во-вторых, мне отсюда не выйти.
Наконец-то дверь закрылась, оставив меня в темноте. Глаза быстро привыкли, я подождала немного, а потом быстро побежала к воротам, где в ожидании топтался куратор.
– И как это понимать? – он обвел широким жестом охранную магию, которая разделяла нас, иногда вспыхивая.
– Это не я! Это ди Тифрин. Я слышала, как он приказал своему дворецкому.
– Понятно, – задумчиво протянул Люк. – Надо тебя оттуда вытаскивать. В крайнем случае, просто перелезешь через ограду, и убежим."
"– Нет, мне нужно в дом пробраться, – замотала я головой.
– Это еще зачем? – начал подозревать неладное учитель.
– Я же этого ди Тифрина так и не видела. И очень сомневаюсь, что завтра нам откроют, – уверенно произнесла я.
– Ты обещала все рассказать, – с нажимом произнес Люк.
– Не сейчас же! Сначала выбраться отсюда надо, – я развела руками и показала на охранную магию.
Куратор смирился. После раздумий он произнес:
– Попробуем пройти вдоль ограды, может быть, есть где-то лазейка.
– Угу, – согласилась я послушно.
Но в дом тянуло со страшной силой, очень хотелось посмотреть на ди Тифрина и опознать его. После всех событий я готова была допросить мужа с пристрастием, используя магию, и мне все равно, что он тоже маг.
Вот, например, зачем ставить защиту на дом, который недавно снимаешь, да еще чтобы завтра ночной визитер не смог пройти? Зачем скрываться в доме? Ведь это усложняет мне задачу! Негодяй! Нет, с таким мужем только разводиться! Почему столько времени не объявлялся и не искал меня, хотя ни одно свидание не могло у него пройти хорошо? Или вот, например, летняя беседка, а охранка на ней стоит даже посложнее, чем на всем доме? А это уже интересно!
Прежде чем подумать о том, каковы могут быть последствия моего поступка, я заглянула в просвет между столбиками беседки.
Сейчас зима, буйной растительности нет, рачительный хозяин особняка еще осенью укрыл лозы от мороза.
Только через стекла все равно плохо видно. Но все же из-за того, что на улице еще темнее, удалось кое-что разглядеть.
Посредине летней беседки в очаге догорали угли. А вот по углам что-то копошилось и… скулило. Причем от холода.
– Люк! Люк! – кинулась я к ограде. – Там!
Я бежала и не могла высказать своего испуга. Но почему-то было очень жаль тех существ, что жались от холода по углам, а к огню подойти боялись.
