После этого тварь завертелась на месте, словно выбирая новый объект для охоты, и метнулась к следующим клубничным трусам. Потом еще к одним, и еще, и еще. Пятые по счету шушель с истеричным обиженным визгом вышвырнул в приоткрытую форточку.
Тут не выдержала и Риз и с воплем кинулась на испуганно шарахнувшегося шушеля.
– Что же ты делаешь, тварь окаянная! Мы здесь-то не знаем, как их убрать, а ты на улице ими вздумал разбрасываться. А ну-ка иди сюда!"
"Шушель заверещал, уворачиваясь от цепкой хватки Риз, скакнул на шторы, цепляясь когтями и обдирая, потом сгреб трусы с подоконника в охапку и с диким завыванием кинулся по потолку к люстре.
Я не могла вымолвить ни слова, в лаборатории творился бедлам, и как остановить безобразие, было неясно.
– Риз, отстань от него! – завопила Сильвена, уворачиваясь от очередных забракованных шушелем трусов. – Он, похоже, считает тебя конкуренткой!
Но нашу подругу уже ничто не могло остановить. Риз пыталась поймать орущего шушеля. Он, в свою очередь, не выпуская труселей, повис на люстре и начал перебирать клубничные тряпки, возмущенно шипя и раскидывая непонравившиеся экземпляры по сторонам.
Потом, как следует раскачавшись, прыгнул на преподавательскую кафедру, разворошил все бумаги. Мерзко повизгивая, покидался в нас склянками. Мстительно гогоча, запустил в Риз черепом, чем довел ее до бешенства, и гонка возобновилась. По второму кругу.
Шушель схватил еще пару клубничных экземпляров и, по моему ощущению, исключительно назло Риз выкинул их в форточку.
Травница вооружилась шваброй и принялась гонять тварь по кабинету. Лира, понимая, что остановить подругу не получится, кинулась ей на помощь, и тогда в кабинете начали летать парты, цветочные горшки, которыми шушель кидался в девчонок, и разнокалиберные ситцевые трусы в клубничку.
На скрипнувшую дверь в этом гвалте никто даже не обратил внимания. Первым опомнился шушель и, заверещав так, что у меня даже уши заложило, исчез, прихватив с собой охапку веселеньких, мною созданных труселей.
Потом заголосила Риз, и только после этого я обернулась и увидела Демиона. Точнее, не совсем Демиона, а нижнюю его часть, облаченную в высокие кожаные сапоги и серые плотные штаны.
Я-то была морально готова, поэтому только затянула вечное:
– Ы-ы-ы…
А вот девчонки, роняя уцелевшую мебель, бросились наутек. Меня попыталась утащить за собой верная Сильвена, но ее запястье перехватила невидимая рука, и пифия, побледнев, едва не отключилась.
