Нам повезло. Точнее, могло бы быть и хуже. Папа наткнулся на нас в приемной. Я даже голос потеряла от страха, Демион тоже. Мы могли только на пару мычать маловразумительное: «Ы-ы-ы» и синхронно, взявшись за руки, отступать к стеночке.
– А! Так и знал, что вы, недомаги, задумали очередную гадость! – с порога начал папа на повышенных тонах, и я поняла: урегулировать конфликт миром не получится. – Нравится вам творящийся в академии беспредел. Ладно, ты, выкормыш загибающейся аристократии! Мечтал, наверное, чтобы меня сместили.
Но ты, Кассандра! Предательница! Нет, я в курсе, что ты злишься, но не до такой же степени! Попытаться подставить родного отца и довести его до смещения с должности! Змеюка! – припечатал он. – Вся в мать!
– Мы хотели, как лучше, – проблеял Демион на свою голову и получил от папы индивидуальную порцию нелицеприятных ругательств. Я осознала: делать нечего и пора вступаться. Поэтому, стараясь, чтобы голос не дрожал, подтвердила:
– Просто то заклинание изгнания, которое у тебя… Оно малость того, порченое.
Не нужно его использовать. Правда.
– Порченое, говоришь! Сейчас! – Папа вынул из-за пазухи смятый свиток пергамента. – Вот оно! Кто же его испортил, если вы, упыреныши, здесь, а оно все это время было при мне? Не сметь отвираться, вредители, быстро пошли за мной!
– Зачем? – пискнула я, не рискуя возражать дальше.
– А я говорил зачем. Будете помогать проводить ритуал. Сил у вас предостаточно. Иногда даже лишку. А умениями как-нибудь своими обойдусь.
Папа резко развернулся на каблуках и направился к выходу, а мы с Демионом уныло поплелись следом.
– Вот что теперь делать? – прошипела я едва слышно, а Демион в ответ лишь несчастно посмотрел на меня и пожал плечами. Выбора у нас действительно не было.
Глава 23. Ритуал
По коридору мы практически бежали. Мрачный ректор с устрашающим выражением на лице, словно вырезанном из камня, двигался чуть впереди и распугивал попадающихся на пути студентов и преподавателей. Они с мышиным писком отскакивали к стенам и замирали.
Мы с Демионом послушно семенили следом за родителем и, наверное, походили на перепуганных козликов, которых ведут на скотобойню. Только идущие на скотобойню козлики, подозреваю, выглядят не такими испуганными. Они не знают, что их там ждет. Мы же чувствовали – ничего хорошего.
Папа был явно обижен и зол. Мне это не нравилось. Не любила, когда он злился на меня ни за что. Я же действительно была не виновата. И в мыслях не держала испортить заклинание.
