Несмотря на то, что тут одни благородные и мы должны были пересекаться раньше, все было не так просто. Во-первых, до восемнадцати лет ни о каком посещении приемов и званых мероприятий, кроме семейных, и речи не идет; во-вторых, я вот, например, жила в герцогстве приемных родителей, в фамильном особняке, и даже в ближайший город выбиралась всего несколько раз в год. Так же было и с остальными. Еще могли знать друг друга соседи или те, кто учился в младших школах вместе, но большинство благородных получало домашнее образование из-за опасности отпускать нас, необученных, в общественные места.
Я-то еще ладно, процесс зачарования вообще длительный, кропотливый, и так вот с бухты — барахты или со зла тут же, на месте, его осуществить почти нереально. А вот некромант со злости может и ближайшее кладбище поднять, причем случайно. Сила как она есть.
Иногда я завидовала магам, названым братьям, например. Или ведьмакам с боевой силой, как у настоящего отца, или со способностью управлять природой.
Это вообще была моя мечта. Но что есть, то есть. Да, я когда-нибудь стану сильным и умелым зачарователем, но это профессия сродни артефакторике, хотя, безусловно, нужная, важная, уважаемая. Нас, зачарователей, даже боятся, недаром такая способность раньше считалась темной, но ведь всегда хочется большего. Больше силы, больше умений, больше талантов.
— Ты чего это загрустила? — толкнула меня в бок Марь. — Не спи!
Перед нами осталось всего два человека, так что, если ничего не случится, типа тех оболтусов, мы должны уже скоро получить эту чертову форму.
— Да так, рассуждаю о природе силы, — пожала я плечами.
— А-а-а… Я бы многое отдала, чтобы иметь такое направление, как у тебя, или ту же артефакторику. — Я с недоумением воззрилась на соседку. — А что? Думаешь, мне так нравится копаться в трупах? Ты хоть представляешь, как зомбаки пахнут?
Честно говоря, я не представляла и представлять не хотела. У нас, конечно, будут основы некромантии, но, надеюсь, только теоретические.
В смысле, куда бежать и как спасаться, потому что все остальное светлым ведьмам ни к чему, мы не работаем с мертвыми.
— Но ты же некромант, я думала.
— Что? Что нам нравится копаться в трупах? Ох уж эти стереотипы! — вздохнула Марь. — Да будет тебе известно, я, конечно, из семьи темных, но вообще-то некромантом у нас был только прапрадедушка, а все остальные демонологи. У нас, знаешь ли, по подвалу зомби не разгуливают.
