Покачивая головой, Айс пошла по направлению ко мне и Криттер, на ее лице застыла гримаса отвращения.
""Это было достойно"", – сказала Криттер, ухмыляясь.
""Да. Хмм…""
""Удачи с комендантом"", – выдавила я.
""Она мне понадобится"", – и, развернувшись, она ушла, направляясь к коридору, который вел к кабинету коменданта.
""Думаю, мне придется добавить эту ""целуй их до бессознательного состояния, а потом разоружай"", тактику в свой репертуар"", – прокомментировала моя подруга, – ""Я буду счастливейшим бойцом в Болоте""
""Мда? Даже, если тебе подвернется Дерби?""
""Фу, ты только что лишила меня ужина.
Аппетит пропал безвозвратно. Спасибо, Ангел, большое спасибо"", – она ткнула меня локтем в бок, – ""А я думала, что ты мой друг""
Смеясь и похлопывая Криттер по плечу, я удалилась. Сцены с поцелуем так и мелькали в моей голове, несмотря на все старания прекратить эту пытку.
Час спустя, Айс вернулась в общий блок с каменным выражением лица. Ее глаза были холодными и яростными. Заключенные, которых она встречала, в том числе и я, старались как можно быстрее покинуть ее путь.
Смотря, как она поднимается по лестнице к себе в камеру, меня убивало любопытство. Что же произошло в кабинете коменданта?
Я узнала об этом много позже, а пока можно было сказать точно, только одно – Геракл остался.
Вечером в Болоте был праздник.
* **
Ночи очень длинные и темные, когда ты заключенный. Время проходит так медленно, будто секунды состоят из нескольких часов. Зимой, в камере холодно из-за ветров, которые приходят со стороны Канады.
Даже толстые каменные стены промерзают насквозь под его порывами. Летом, камера становится сауной.
Если вслушаться, то можно уловить звук, который издают раскаленные камни.
В любое время года, все, что остается, это лежать на матрасе и надеяться, что ты не делишь жизненное пространство с каким-нибудь видом насекомых. Самый страшный враг по ночам – это твое собственное сознание. Ты можешь оказаться, по его воле, в мире безжалостных убийц и страшных теней.
Конечно, можно представлять себя в мире, где нет тюрьмы, где ты свободен и ничто не угрожает твоей жизни, но, стоит открыть глаза и ты снова в камере.
Той жаркой летней ночью, воспоминания о поцелуе были со мной. Сколько бы я не вертелась на матрасе, путаясь в мокрой простыне, выкинуть из головы эти мысли было нереально.
Снова и снова я видела, как темная голова Айс наклоняется и ее губы приближаются к застывшей в ожидании Кассандре.
