В любом случае, что бы он не увидел во мне, это, должно быть, успокоило его, поскольку, окинув меня лишь беглым взглядом, он пробурчал что-то Айс, и она протянула ему пачку каких-то бумаг. Наверное, документы – решила я. Он быстро пробежал их глазами, издавая странные звуки, похожие на хрюканье, после чего жестом приказал Айс открыть дверь и выйти из машины. Как только захлопнулась, он снова засунул голову внутрь кабины и прокричал что-то, предназначенное очевидно мне. Но я не имела ни малейшего представления о том, что именно.
Однако я, почему-то, сразу решила, что в любом случае это мне не понравилось бы. Я чуть не вывалилась из фургона самым нелепым образом, когда внезапно, без всякого предупреждения дверь, о которую я опиралась всё это время, резко распахнулась. Но, к счастью, приземление было мягким. Руки, вовремя поддержавшие меня и предотвратившие моё неминуемое падение, были мне очень знакомы, поэтому я немного расслабилась, когда меня обвели вокруг машины и подвели туда, где выстроились остальные.
Все как будто бы ждали чего-то. Или кого-то.
Как они умудрились так быстро обо всем сговориться, я так никогда и не узнала, но была искренне благодарна им за предвидение. Надеюсь, что Айс тоже. Я даже уверена, что она действительно была благодарна им, просто будучи Айс, никогда не говорила об этом.
По крайней мере мне.
Пони и все остальные – даже Ниа, к моему огромному удивлению – смотрели на меня тяжелыми взглядами, лишенными всяких эмоций, изображая каждой унцией своего естества жестоких преступников, которыми они когда-то были.
Ухмылка Рио, направленная на меня, была без всяких сомнений заимствована ею у моей возлюбленной.
Офицер прокричал что-то Пони, которая в свою очередь обратилась ко мне:
– Он хочет, чтобы ты указала человека, который сделал с тобой это.
Ну, хорошо, Ангел. Настало время показать шоу. И не перегни палку, а-то мы все окажемся в ещё большем дерьме.
– Скажи ему, что это произошло во время драки в баре.
Пони перевела, и офицер посмотрел на меня, подозрительно сужая глаза. Я одарила его своим самым «невинным» выражением лица, и помолилась о том, чтобы этого оказалось достаточно. Очевидно, этого было мало.
– Он хочет знать, почему ты лжешь, защищая таких животных, как мы.
– У меня нет причин лгать вам, сэр.
Услышав перевод, он нахмурился и, миновав группу, приблизился ко мне, очевидно намереваясь схватить меня.
