Мы же поехали дальше, вниз по долине, которая возвещала нам о конце нашего путешествия.
Слева вырос огромный дом, построенный на песке, как будто он родился прямо из него. Он был сделан из выжженного белого кирпича с красной крышей, в испанском стиле и с сильно тонированными шестиугольными стеклами. Одноэтажный, но очень длинный, с тремя дверями, обрамленными витиеватыми арками. Сзади было еще несколько маленьких домиков, образующих площадь, конюшни, и далеко впереди ряды теплиц, в которых совсем скоро закипят посевные работы.
Когда мы въехали в длинный, закругленный проезд, я заметила несколько групп медленно бродящих людей. И хотя они все были разной комплекции, размеров и рас, их всех объединяла одна существенная деталь.
– А где мужчины?
С водительского сиденья раздался хрюкающий смех.
– Это женское ранчо, Ангел. – Пояснила Корина, бросив яростный взгляд в сторону Рио. – Мужчинам здесь совсем не рады.
Вместо того, чтобы сказать что-нибудь в ответ и тем самым дать Рио дополнительное оружие в ее персональной войне против меня, я просто кивнула и стала наблюдать за женщинами.
– Ай-яй-яй, – раздался тихий благоговейный шепот Корины – И что я тут делаю без фотоаппарата?
Заинтересовавшись, я посмотрела в окно с ее стороны. И что я там увидела!
Большой бассейн с изумрудной водой, в которой играли солнечные блики. А в самом бассейне и вокруг него расположилась дюжина отважных девушек (на улице было тепло, но не до такой же степени), одетых в одинаковые костюмы. Костюмы Евы.
Если бы мои глаза не держались так прочно в голове, они наверняка бы выпали оттуда от открывшегося перед ними вида.
– Ангел, напомни мне дать мистеру Кавалло сочный поцелуй, когда Айс наконец притащит его сюда. Мне кажется, я попала в рай.
Должна признать, что и для меня это было тоже по-райски. Поначалу.
Смотря на этих женщин, я представляла стройное, обнаженное тело Айс, с легкостью прирожденного пловца рассекающее небесную гладь бассейна.
Я представила, как она грациозно будет подниматься по лесенке, а вода сверкающими капельками будет скатываться с нее.
Я представила ее улыбку, которая появится у нее на лице, когда, поднявшись, она увидит меня на краю бассейна.
Я представила еще три дюжины обнаженных женщин, облепивших богиню, которая была моей возлюбленной, загораживающих ее от меня и трогающих ее за все те места, которые сейчас недоступны для меня.
Я моргнула.
Потом закашлялась.
Удивительно, как легко рай для одной женщины может оказаться адом для другой.
