Выругавшись, мужчины кинулись обратно, пытаясь удержать ее, пока Булл, лихорадочно роящийся в своем рюкзаке, не найдет успокоительное.
Вытащив уже наполненный шприц, Булл встал между Томом и окном.
– Так, держите ее. Мне надо… черт!
Шприц пролетел над моей головой, а Булл, потерявший равновесие, упал, чуть не раздавив меня.
– Держите ее, черт бы побрал! Она же порвет все швы!
– Мы делаем все возможное! Она сильнее медведя!
– Ангел!!!
У меня что-то надломилось от мольбы в ее голосе, и я рванулась к ней, отпихивая мужчин:
– Айс!!!
– Ангел!!!
Она протянула дрожащую руку, и я хотела схватить ее, но тут Булл отодвинул меня, собираясь сделать еще одну попытку ввести ей успокоительное.
Я попыталась протиснуться, но он, злобно зарычав, отпихнул меня бедром, не давая приблизиться к кровати.
– Переверните же ее, черт! Мне надо…
Он отступил на шаг, уворачиваясь от удара, и я не упустила эту возможность, проскользнув в освободившее пространство, и бросилась на кровать, закрыв Айс телом.
– Хватит! – закричала я. – Отойдите! Сейчас же!
Все четверо ошеломленно уставились на меня, но, тем не менее, подчинились.
Потом я повернулась к Айс и увидела, что мои подозрения оправдались.
Она очнулась. Широко раскрытые глаза были наполнены безумным горем."
"– Ангел? – в ее голосе звучала такая обнаженная боль, что мое сердце чуть не остановилось от разрывающей меня жалости.
– Я здесь, солнышко. Я здесь.
Она хотела дотронуться до моего лица, но отдернула руку:
– Прости меня.
Прости, прости меня. Я пыталась тебя спасти. Я…
– Айс! Ты спасла меня! Я здесь! Прямо перед тобой!
Но он меня не слышала и продолжала смотреть как на привидение:
– Пожалуйста, прости меня, Ангел. Я не смогла…
В этот момент Булл, воспользовавшись тем, что Айс немного успокоилась, обнажил ей бедро, быстро впрыснул лекарство, и так же быстро отошел на безопасное расстояние.
Глаза ее злобно сверкнули, потом закатились ""…не смогла спасти тебя…"" пробормотала она перед тем, как отключиться.
Я в ярости развернула Булла к себе лицом.
– Зачем ты это сделал?
Как я хотела ударить его в этот момент!
– Зачем?
– Ей нужно было успокоиться, Ангел, – резонно заметил он. – Швы должны зажить немного.
– Ты идиот! Она думает, что я мертва! И когда действие твоего лекарства пройдет, как, ты думаешь, она будет реагировать? Для нее ничего не осталось тут! Ничего!
От осознания сделанной ошибки у него расширились глаза:
– Прости меня.
