Не проходило и дня в том богом забытом месте, чтобы я не думала о тебе и не молилась о том, чтобы ты нашла свое счастье», – подняв свободную руку, она нежно вытерла мои слезы, затем погладила по щеке. Приблизив ко мне лицо, Корина нежно поцеловала меня в губы и отстранилась, ласково улыбаясь: «Ты заново научила старую женщину любви, Ангел. За это ты навсегда останешься в моем сердце».
Улыбаясь в ответ, я накрыла ее ладонь своей, приникнув щекой к ее руке и наслаждаясь близостью, которой так долго меж нами не было.
Через некоторое время она убрала руку и с легкой усмешкой сказала: «Ну все, пожалуй хватит этого взаимного обожания, Ангел, не то твоя возлюбленная обнаружит нас целующимися в гостиной, словно парочка школьниц, и решит, что моя голова будет лучше смотреться в виде чучела на стене».
Я засмеялась: «Ага, конечно. Могу себе представить это.
«Никогда не знаешь наверняка. Это возможно. И я постараюсь не крутиться у нее под ногами, чтобы это проверить», – она потянулась: «Думаю, продолжение истории лучше оставить на завтра.
Уже поздно, и моя замечательная кровать зовет меня».
«Не смей, Корина! Ты должна закончить рассказ! Ты не можешь остановиться на самом интересном месте!»
Она озорно усмехнулась: «Ты, должно быть, меня с кем-то путаешь, Ангел. С тобой, моя дорогая, я бы никогда не остановилась на самом интересном месте».
Ах, я была готова отдать любые богатства за лицо, которое бы не вспыхивало по поводу и без повода. Но раз уж я ничего не могла с этим поделать, то решила проигнорировать ее поддразнивание.
Словесно, по крайней мере.
Очарованная Корина засмеялась: «Не волнуйся, Ангел. История до утра никуда не денется. Я никуда не собираюсь. Разумеется, если ты меня не попросишь».
Я притворилась, что обдумываю это. Затем улыбнулась, вставая, и подала ей руку, чтобы помочь подняться.
«Не-а. Я думаю, мы потерпим тебя некоторое время».
Обняв ее со всей сердечностью, я поцеловала ее в щеку: «Спокойной ночи, Корина. Спасибо за рассказ. И за то, что приехала. Ты один из лучших рождественских подарков, что у меня когда-либо были».
Ее тепло обволокло меня, и я наслаждалась им, пока она не отстранилась с кривой улыбкой на лице. Ее глаза подозрительно блестели: «Ну все, хватит уже, или в следующий момент в нашу дверь начнут ломиться люди с телевидения, угрожая подать в суд за нарушение авторских прав».
«Такая судьба хуже, чем смерть», – согласилась я, целуя ее еще раз, пока она не оттолкнула меня: «Спокойной ночи, мой друг».
