– Что-о? – зарычала я, поворачивая голову.
Донита, такая реальная, отступила назад, в ее темных глазах светилось удивление.
– Извини, что разбудила тебя, – мягко сказала она, – но тебе нужно быть готовой. Суд вернулся и вынес приговор.
– Приго… – я резко села на кровати, провела рукой по волосам, пытаясь протереть глаза ото сна. – Уже? А который час?
Мой адвокат посмотрела на свои золотые часы:
– Начало двенадцатого.
– Суд удалился на обсуждение в десять. Это плохой признак.
Улыбаясь, она слегка пожала мое плечо.
– Не все быстрые решения бывают в пользу прокурора, Ангел. Давай просто пойдем туда, – ее улыбка стала шире, – У меня такое чувство: тебе понравится то, что ты там услышишь.
***
Я свободна.
Я сидела на деревянной скамье около зала суда, ожидая, пока Донита закончит свою дискуссию с судьей (она заполняла бланк гражданского иска от моего имени по поводу ошибочного осуждения), сидела и просматривала свои записи, не могла оторваться от последней фразы, которую написала, читая снова и снова, все больше погружаясь в это.
Я свободна.
Это такое маленькое, незначительное слово, но если представить, что оно значит… Господи, да это целый мир! Пока я сидела на скамейке, обратила внимание на молодого человека с девушкой, которая скорее всего была его подругой. Они только что вышли из отдела дорожной инспекции (один любезный охранник сказал мне – удивительно, насколько по-другому к вам относятся, когда вы находитесь по эту сторону барьера. Да, а я почти забыла, каково это.), и направились к двери.
И тут меня как ударило. Ведь я могу сделать то же самое. Могу встать с этой шаткой, ужасной скамейки, пройти несколько шагов по этому начищенному полу, открыть стеклянную дверь и выйти на солнечную улицу. Могу пойти в любом направлении, начать гулять и не останавливаться, пока позволят мои ноги. Никакие засовы и решетки не будут больше удерживать меня, не будут ограждать меня от людей, а людей от меня.
Я свободна.
Я не могу выразить это чувство, ни на бумаге, ни в мыслях, ни словами.
Свободна делать все, что захочу, когда захочу и с кем захочу.
Что, где, когда и с кем я собираюсь делать эти разные вещи, я еще не спрашивала себя. Эти вопросы снова вернулись, но я пока оставлю их на время. Мне бы не хотелось провести первый минуты моей свободной жизни застывшей от ужаса, подобно лани, попавшей в свет автомобильных фар.
Донита, благослови Господь ее огромное сердце, предложила свою помощь и поддержку, пока я не встану на ноги. Я пока не ответила ей.
