И на одном из стволов — клеймо: распластанная птица с раскрытым клювом.
Баклан. Родовое клеймо Паскевичей.
— Это чё… — прошептал один из гомункулов. — Они собираются стрелять по… Боевому материку?
— Верно, — нахмурился Дубный. — Пошли отсюда. Это место воняет подставой.
Он не успел договорить.
Из другого конца пещеры, в тишине, начали выползать зомби. Десятки тварей. Впереди всех — мертвец с рогом. Он поднёс его к гнилым губам, надул щёки — и выдул тревожный гул, который ударил по камням и заколебал воздух.
— Всё, хватит, — спокойно сказал Дубный. И активировал Каменный град.
Техника обрушилась на нежить с грохотом. Разломанные мертвяки разнесло в стороны.
— Уходим! — гаркнул Дубный и повел запыхающихся гомункулов вглубь пещер, туда где должен начинаться Лабиринт.
Из бокового туннеля вывалилась новая волна умертвий и заслонила дорогу. Гомункулы развернулись навстречу и вдруг стали увеличиваться в размере. Их тела вздулись, и всей массой они понеслись вперёд, сметая всё, что попадалось на пути.
Столкновение с ними было сродни наезду тёплого бульдозера.
Дубный, удивленный прыти Морозной гвардии, рванулся за ними, пробивая проход в следующую пещеру, и вся группа, с визгом, шипением и хрустом перекуса, буквально вылетела вместе с ним — туда, где, возможно, будет ещё хуже.
И тут — засада.
Из трещин, расщелин, из самих стен, будто их выдавило из камня, на отряд обрушивается нежить. Кажется, даже не десятки — сотни мертвяков.
Зомби замыкают кольцо и сжимают его.
Дубный, стоящий в центре, морщится, материализует в руке каменный топор,— и в этот момент в его голове вспыхивает мысленный голос.
— Ну что, вы там встречаете? — спокойно, буднично, как будто это просто доставка. — Мы уже скоро придем.
Мыслеречь. Данила.
Дубный мгновенно отвечает:
— Конечно, встречаем. Как же иначе.
Он оглядывается по сторонам. Вдох — выдох. Кивает гомункулам, у которых уже в руках автоматы, связки гранат, и шоколадки, надкусанные в панике.
— Сейчас встретим графа!
— Он нас спасет? — робко спрашивает Второй, у которого весь рот в крошках от чипсов.
— Это мы его спасем! — рявкает Дубный. — Мы же спасательная группа! Забыли что ли⁈
— Я вижу, как вы меня спасаете, — тут же ехидно по мыслеречи отзывается Данила. Видимо, телепат подключился к его сознанию. — Ваня, может, все-таки лучше я вас спасу? Мне несложно…
— Нет, шеф, — огрызается Дубный, стискивая челюсть.
