Пока я не приду в себя, нечего ей тут делать.
— Сделаем…
************************
Ася
Стоя в дверях палаты, прислушиваюсь к негромкому голосу Богдана.
""Пусть не приезжает совсем…"", ""А Аришу отдаст Алле Борисовне…"". Что?!
Марина присаживается на кушетку рядом с Богданом. Что-то тихо ему втирает.
— Даня, я тебе поесть приготовила. Будешь?
Делаю несколько шагов назад, сжимая руку Ариши.
А я тоже приготовила… Но как-то внезапно оказалась не у дел. И оказывается, он не хочет, чтобы я приезжала.
Ставлю пакет на кушетку.
Может, моему Питбулю что-то важное из мозгов вырезали вместе с осколком? Меня, например.
— Мама… — шепчет Ариша. — Там тётя та. Нехавошая. Котолая адманывала.
Обессиленно сажусь на кушетку в коридоре, втягивая на колени Аришу. Она очень просилась к папе, не смогла отказать ей.
В телефоне у меня результаты экспертизы по волшебному тонику и крови Касьянова. Этим занимается Миша. А вчера Марина меняла замки в доме Богдана. Гера звонил, рассказывал…
А он, значит, сидит, беседует с ней как ни в чем не бывало, обсуждает меня.
И собирается есть из её рук. За что я тогда борюсь? Ориентиры начинают уплывать.
Распоряжаться судьбой Ариши я не имею права. И лечением Богдана, на самом деле, тоже.
Неожиданно…
Обидно.
— А ты совсем эту тётю не помнишь, Ариш?
Молчит.
— Совсем-совсем?
— Она нехавошая! — упрямо."
"Как сказать Арише — не представляю.
— Булочка моя… — поставив её на кушетку, заглядываю ей в глаза. — Сегодня тебе нужно будет поехать к Плутону
Сглатываю ком в горле.
— А ты?
— А я… — язык не поворачивается. — И ты помни, что мамочка тебя очень любит, ладно? Очень-очень! Ты моё солнышко, что бы не случилось! Даже, если у тебя появится ещё одна мама.
Брови Ариши недовольно нахмуриваются.
— Неть…
Сил зайти сейчас к Богдану нет. Там суетится Марина. Я слышу её голос. И изредка — его. Разобрать разговор не получается.
Прижимая к себе Булочку, пишу Алле Борисовне. И мы сидим и ждём. А Марина всё не выходит, и не выходит…
Болезненное чувство ненужности и неуместности нарастает, сводя меня с ума.
Снимаю колечко, которое надел на меня Богдан. Надеваю Арише на большой пальчик.
— Не потеряй его, ладно?
— Ладно… — сжимает кулачок
Глаза щиплет от слез.
Если он не передумал — наденет ещё раз.
— А колечко папе отдай. И телефон.
Кладу его телефон в карман её курточки.
Булочка, нахохлившись, недовольно смотрит в приоткрытую дверь палаты.
— Надо её плогнать. Чо она там?..
Липучая как репейник! Прогонишь её, как же.
