Выскочившее диалоговое окно спросило его, хочет ли он продолжить просмотр фильма с того момента, на котором он остановился, или же начать с самого начала. Он прикоснулся к клавиатуре, и мы увидели отрывистую картинку десятиметрового кирпичного забора с зацементированным битым стеклом наверху. Кавалькада «лад» быстро двигалась вдоль него по разбитой дороге. Я мог разглядеть только два верхних этажа разбитого кирпичного куба с другой стороны забора, но каждое окно было защищено толстой решеткой. Камера выхватила разрисованные краской ворота.
Два металлических ставня высотой со стену закрыли дом от посторонних. Они выглядели так, словно находились здесь так же долго, как и дом, заржавевшие и потертые, соединенные вместе посредине навесным замком.
Картинка свернулась, когда Чарли прикоснулся к экрану.
— Чертовы любители! — Камера была спрятана в какой-то сумке с прорезанной в ней маленькой дырочкой. Если бы объектив был плотно прижат к ней, мы бы получили полную картинку, но они сделали все настолько плохо, что по краям изображения были черные пятна.
— На что мы смотрим?
— Это, дружище, дом члена правительства, самой высокогорной и богатой ландшафтами бывшей советской республики Грузии. Зовут его Зураб Базгадзе — хотя мне больше нравится называть его просто Стариком Базом.
— Класс! Ну и что?
— Я собираюсь пробраться туда и сделать маленькое дельце.
— Ни один идиот не платил бы тебе таких денег за «маленькое дельце». Ты прикрываешь спину?
Он ухмыльнулся.
— Именно поэтому я и хочу, чтобы ты поехал со мной и помог мне.
— Он потянул край своего джемпера. — Это не единственная вещь, которую я купил в дьюти-фри. — Он поднялся, подошел к своему чемодану и достал оттуда маленькую цифровую видеокамеру. На ней горел красненький огонек. — Я подумал, что он снова был на пороге… — Он отключил питание. — Я пытаюсь нарастить как можно больше гарантий безопасности, сколько только возможно. Если меня пристрелят, он пойдет со мной.
— О ком это ты, черт тебя побери?
— О самом толстом американце в мире с одной из тех долбаных полулысых стрижек.
— Чарли снова подошел ко мне и посмотрел на экран компьютера. Он достал карту памяти и помахал ею у меня перед глазами, после чего спрятал ее в карман. — Он дал мне это и лэптоп — и больше меня ни о чем не расспрашивай.
Он был прав. Мне не нужно было знать, кто это был. Если я поеду с Чарли и Уайтвол[7] узнает, что я тоже был в деле, Чарли всегда сможет сказать, что я ничего не знаю ни о чем.