– Джерри, тебе минимум пять лет придётся питаться изолятами белка и аминокислотами. У тебя донорское тело от экспериментального биоандроида. Часть внутренних органов, в том числе и кишечник, ещё не полностью развиты. Всё что я могу – это попросить добавлять искусственные вкусовые добавки в блюда.
Как позднее оказалось, пенопласт с запахом синтетической клубники на вкус ещё более омерзителен, чем просто пенопласт. Но человек – удивительное существо, со временем привыкает ко всему. То, что в первый раз кажется просто несъедобным, на второй – уже попадает в категорию «всё ещё отвратительно, но кушать-то хочется», а к десятому приёму пищи и вовсе занимает позицию «любая еда лучше, чем болезненные уколы витаминов и капельница с глюкозой».
Миттар со мной был безупречно вежлив, предупредителен, но у меня постоянно складывалось ощущение, что он беспокоится не столько обо мне, сколько о вложенных в моё тело имплантах, наноботах и прочих вещах, суммарно стоящих как несколько космических кораблей класса Спейс-Х.
Уже через три дня к визитам Андрэ присоединилась молоденькая пиксиянка Лоретт, сообщив, что она тренер по физической подготовке для бета-агентов и с этого дня теперь будет по несколько часов в день учить меня управляться с новым телом. Поначалу я удивилась, зачем мне могут потребоваться такого рода услуги, но когда я полностью оклемалась и попробовала взять стакан с водой в руку, он просто лопнул в моих пальцах, словно проколотый иглой воздушный шарик. Так начались мои первые уроки.
Сначала они проходили в медицинском блоке, но уже через два месяца меня перевели в личную каюту.
– Вот металлический прут. Попробуй согнуть его, но очень аккуратно. – Лоретт протянула мне прутик диаметром в полсантиметра с заострёнными концами.
Я удивлённо пожала плечами, взялась за концы и медленно стала сдавливать их, формируя из палки букву «с». Прут поддавался мне легко, я даже практически не прикладывала сил, но в какой-то момент пальцы заскользили по гладкой поверхности, и кончик железки болезненно проткнул мою ладонь до крови.
Несколько алых капель упали на пол, и тут же из раздвижной панели выехал робот-уборщик и стал тщательно убираться.
– А-а-й! – Я не удержалась и поморщилась.
– Я же сказала, что ты должна действовать аккуратно! – Пиксиянка поджала губы, а две из шести рук безвольно опустились вниз. – Ты поспешила.
В этот момент я почувствовала себя действительно бездарным ребёнком, который не может научиться складывать один и два.
