– И я теперь до конца жизни должна отрабатывать эти деньги? Под вымышленным именем? В чужом теле? Не имея возможности пообщаться или хотя бы увидеть близких людей? И… я так понимаю, не имея права завести собственную семью?
Миттар вновь утвердительно кивнул, а я почувствовала предательское жжение в глазах. Лучше бы я умерла, честное слово… Когда-то я читала об отсталых планетах вне границ Федерации, где до сих пор процветает рабство. Но даже там, насколько мне известно, рабам позволяется иметь семью и детей.
– А ребёнок? – Я вдруг озвучила вопрос, который меня совершенно не волновал до этого момента.
Конечно, мама с папой намекали, что неплохо бы в тридцать три уже найти мужа и остепениться, вон, младшая сестра раньше меня умудрилась выскочить замуж. Но я до сих пор к этому относилась спокойно. Ну, не вышла – и ладно. Пока работаю, занимаюсь тем, что приносит удовольствие, отдыхаю, общаюсь. Тридцать три – не предел детородного возраста даже для людей с Захрана, что уж говорить о прогрессивном Танорге.
– Дженнифер, вы теперь уже никогда не сможете иметь детей. Вы подписали договор.
Я как будто оглохла от этих слов. Двести лет. Меня ожидают два века неизвестно какой работы на тайную организацию без отпусков, без выходных, без поддержки друзей и родных, без шанса хотя бы издалека посмотреть на их лица или сообщить, что Дженнифер Рэтклифф выжила. Хотя выжила ли? Последняя мысль стегнула по натянутым нервам как вымоченная в солёной воде плеть.
– Я больше не Дженнифер. Зовите меня Джерри Клифф.
– Рад, что понимаете, что к чему. – Мужчина заметно успокоился. – А меня зовут Андрэ Джой.
– Приятно познакомиться, Андрэ, – сказала дежурную фразу, ничуть не чувствуя, что мне приятно от общества миттара.
Мужчина, ощутив моё состояние, решил удалиться. Когда белоснежная дверь отъехала в сторону, я спешно его окрикнула:
– Андрэ?
– Да?
– Тут подпись договора скреплена оттиском моей ладони… той, что у меня была когда-то."
"– Всё верно. – Мужчина напрягся. – Согласно закону ФОМ-344/5 подписью договора может считать подпись гуманоида, его оттиск ладони или пальца, поставленные добровольно.
В исключительных случаях, как правило, относящихся к банковской сфере, принимается также отсканированный отпечаток дна сетчатки глаза.
– Я не об этом. – Мотнула головой. – У меня на момент операции была собственная ладонь. Но сейчас я вижу не свои кисти… чужие. Неужели мне нельзя было оставить собственные руки?
Мужчина неожиданно замялся.
