Жаль, что по брачному договору всё состояние, которое осталось после смерти твоего отца, перешло роду Коутс.
— Это ведь не справедливо!
— В молодости я думала, что подобное решение убережёт меня. Мой брат подмял под себя всё. Похоже, единственный, кто понимал характер Бенджамина, это Селеста.
— Бабушка?
— Она оставила тебе небольшое наследство. Думаю, как раз на этот случай. Ах, Анна, это не ты должна просить прощения… — тело мамы задрожало, а из глаз покатились слёзы.
— Всё хорошо. Ты ведь знаешь, деньги, светские рауты и мероприятия меня никогда не прельщали.
Мы с Ка… — по коже пробежала волна жара. — Я! Всегда хотела жить простой спокойной жизнью. Не отрицай — во дворце тот ещё гадюшник.
— Не буду, — мама слабо улыбнулась.
— Тогда… тогда мне нужно собираться.
Чтобы я не говорила — душу жгла жгучая обида. Второй раз! Второй раз за столь короткий срок мне приходиться собирать вещи и покидать дом, в котором мне когда-то было хорошо.
Предательство…
Кай изменил. Дядя не поддержал, вдобавок ко всему лишил родового имени.
Он был в своём праве, после смерти отца мама вновь перешла в семью брата, а следом за ней и я. Дедушка и бабушка по линии отца умерли лет десять назад — славный род Кеннет, в чьих жилах текла огненная кровь, канул в безвестность.
— Анна, как же мне не хочется тебя отпускать. Может, я поговорю с Бенджамином? — с какой-то надеждой в голосе вымолвила мама.
— Ни к чему унижаться. И вообще, — я бросила чемодан на пол, — поехали со мной! Зачем тебе жить с этими… этими, — цензурных слов у меня не было.
На ум приходили лишь ругательства.
— Нет, не хочу быть для тебя обузой. К тому же, — мама встала и, подойдя поближе, прошептала. — Здесь я буду для тебя куда полезней. Сердце подсказывает, что мой брат так просто не оступиться.
— О чём ты? Он отрёкся от меня. Для него я больше не существую.
— Это всё на эмоциях. Только время покажет, как он сможет извернуться в этой ситуации.
Слова мамы заставили меня поёжиться от лизнувшего спину холода. Мне всё больше и больше казалось, что дядя был похож на змея — хитрого, изворотливого и скользкого.
Небо, как же может поменяться мнение о человеке всего за один вечер!
Дом покидала в потёмках. Никто не вышел проводить, кроме мамы, разумеется. Она держалась как могла. Я знала, что держится она только ради меня. Но что с ней будет, когда я уеду?"
"“Боги, помогите” — я мысленно прочла оберегающую молитву и, чмокнув маменьку в щеку, выскользнула в парадную, а оттуда по лестнице на улицу.
