Бледно-зелёная, искривлённая с едва различимым блеском, но и он вскоре исчезнет. Тот, кто придумал такое — могущественный маг, со знаниями тёмных искусств. И, скорее всего, у него не всё в порядке с головой, раз додумался до такого. Ложная истинность с последующей смертельной болезнью драконов. До сих пор в уме не укладывается.
— Ничего, — Клаус хмыкнул, осматривая руку, — шрамы украшают мужчин.
— Мужчин, да.
Дракона передёрнуло. Он прекрасно понял, что я хотела сказать.
— Прости, за то что привел Николетт.
Хотя знаю, этим вину не искупишь.
— Дракон должен быть со своей истинной, так?
— Так, — мужчина опустил голову. — Каю повезло с тобой, — добавил он с какой-то хрипотцой в голосе. — Мне же так не повезло.
— Кто она? — сама не знаю, зачем я затеяла этот разговор. Может, хотела убедиться, что Клаус тоже страдает?
— О ком ты? — дракон сделал вид, что не понял моего вопроса.
— Та девушка, которую ты любил, но отказался от неё, потому что она не была твоей истинной парой.
Дракон дёрнул уголками губ, попытавшись за насмешкой скрыть волнение, но у него это плохо получилось. Ссадины на щеке и подбородке делали его лицо ещё грубее. Всегда гладко выбрит, сейчас Клаус начал зарастать щетиной. И глаза… глаза были уж слишком печальными.
— Мы с ней учились в одной академии, — после длительного молчания произнёс мужчина. — Она была на пару курсов младше меня. Умная, бойкая, красивая... Мы не могли быть вместе. Я бросил её в день своего выпуска из академии.
Тогда она была на третьем курсе.
Сердце сжалось комом. Клаусу было тяжело — я видела.
— Ты когда-нибудь сожалел о содеянном?
— Я стараюсь не думать об этом.
— Ну а вы выделись после? — не отставала я.
— Её семья довольно обеспечена и, скорее всего, она давным-давно замужем. К чему ворошить прошлое?
— Но ты её всё ещё любишь?
— Нет! — отрезал Клаус. — И я буду тебе признателен, если мы закончим разговор!
“Он не забыл, и ему тяжело” — мысль смогла немного утешить меня. Правда, это не умаляет его вины.
То что он притащил Николетт в наш дом… Нет, не прощу!
— Ложись спать, — буркнул Зелёный, подтянув матрас поближе к огню. — Завтра будет тяжёлый переход.
Я легла рядом с Каем. Он спал, мирно посапывая. Лицо его осунулось ещё больше, глаза впали, а губы стали чуть ли не белыми — от них отлила вся краска.
— Всё со мной будет хорошо, — сквозь сон пробормотал Кай. — Не переживай.
Я хотела ответить, но подумав, решила промолчать.
