В этом плане этот мир вообще не отличался от моего прежнего. Что там, что тут только дай людям шанс поднять шум на горячей теме. Поэтому я ожидал, что как минимум упоминания о случившемся появятся уже к утру.
А в итоге тишина. Даже не знаю, радоваться или переживать.
Имелась и ещё одна проблема. Розен. Но, как бы парадоксально это ни звучало, я пока банально не знал, что с ним делать. Поверить не могу, что этот идиот так решил подставить всю фирму. От разбирательства внутри компании его спасло только то, что статья исчезла в тот же день, а огромное, бесконечно вежливое, искреннее и старательное опровержение сгладило ситуацию.
Не до конца, нет. Но достаточно, чтобы не началась охота на ведьм, которую можно было ожидать."
"И ведь даже несмотря на то что я знал, кто именно это сделал, доказать этого я не смогу. Что у меня есть? Собственная догадка, основанная на тщательно скрываемом ото всех даре? И всё! Парнишка из редакции не станет его сдавать. Если бы хотел и мог это сделать, то сказал бы мне имя ещё тогда, в кабинете редакции.
Это, кстати, любопытно. В безумную дружбу между ними я не верил, а значит, Розен чем-то держал парня за яйца. А что если…
Я задумался, не нужен ли мне собственный прикормленный репортёр. Мысль стоящая. Отложим на потом и запомним. Это стоило обдумать более тщательно. В любом случае сейчас стоило сконцентрироваться на том, чтобы избавиться от Штайнберга. И я знал того, кто может в этом помочь.
Через сорок минут вызванное мною такси свернуло на небольшую и ухоженную улицу.
Не самый благоприятный район города, но, что забавно, тут я себя чувствовал практически в полной безопасности. Хозяин района хорошо следил за порядком.
Пройдя несколько метров, увидел знакомую вывеску. Сейчас всего десять утра, так что заведение ещё закрыто. Точнее, оно пока не принимает посетителей. А вот входная дверь открыта. Чёрно-красная неоновая вывеска с названием заведения и стилизованной птичкой, правда, не горела, но оно неудивительно. День же на улице. Что толку-то?
Зайдя внутрь, как всегда увидел за стойкой знакомое лицо.
Точнее, фигуру. Мария сидела на барном стуле, что-то записывая в широкий журнал, и попивала кофе. Вокруг суетились официантки и уборщицы, одновременно убирая последствия прошедшей ночи и готовя бар к открытию через несколько часов. Парочка из них меня узнали и помахали, не отрываясь от работы.
— Мы ещё закрыты, — громко произнесла Мария, даже не подумав повернуться в мою сторону.
— Да ладно тебе.