Когда же на землю опустилась ночь, аскет Вьяса, обладающий поразительной духовной энергией, искупался в священных водах реки и призвал тех, кто сражался на стороне пандавов, и тех, кто в битве поддерживал кауравов, и даже благословенных царей разных государств. Вдруг воды сильно зашумели, и цари, во главе с Бхишмой и Дроной, со своими армиями тысячами стали подниматься из вод Ганга. Все они были облачены в неземные одежды, а в ушах у них горели бриллиантовые серьги. В них, недоступных гневу и зависти, не было и следа гордыни и злобы.
Небесные музыканты без устали играли в их честь хвалебные гимны, а барды воспевали их подвиги. Героев, украшенных гирляндами восхитительных цветов, ожидали апсары. Силой своего покаяния и аскетизма Вьяса даровал божественное зрение слепому царю Дхритараштре, и старец впервые увидел своих сыновей. И ушли все горести войны, родственники заключили друг друга в объятия и, уладились все споры. Действо длилось всю ночь, а наутро всё это огромное воинство, вместе с колесницами и животными, вернулось в реку.
Ходит молва, что Вьяса, удалившись от мира, остался тем не менее бессмертным-смертным и всё ещё «обитает» в Бадарикашраме. Такое название носит один из матхов, или святых обителей, основанных Шанкарачарьей. Находится он в Кедарнатхе в Гималаях. Именно там в возрасте тридцати двух лет умер Шанкарачарья. Там же расположен и храм, где служит брахман Намбутири. Шанкарачарья основал четыре главных матха в каждой из четырёх стран света. Нужно ли под всем этим понимать, что Вьяса (систематизирующий разум) обрёл тайное прибежище в системе толкования философии, основоположником которой был Шанкарачарья?"
"Когда организация арийской расы по указаниям Вайвасваты Ману стала достаточно интегрированной и утончённой, чтобы возникла потребность в восполнении культурных ценностей, религия таинств «воплотилась» в систему обрядов и обычаев, впоследствии управляющую поведением ариев.
И как следствие, Веда, или бессмертная Доктрина, сама по себе безымянная, была раскрыта в Ведах.
От Вьяс произошли мудрецы, ставшие хорошими пастырями, или хранителями Вед. Через них путём последовательных редактирований и переработок постепенно высвобождались возвышенные истины религии. Мало-помалу исправлялись ошибки, ставшие результатом смешения дравидийских и арийских традиций. Когда средства выражения расы были усовершенствованы, Вьясы предоставили ключи для раскрытия тайного символизма древних писаний. Таким образом раса приобретала своё философское наследие.
