Взошла луна, яркая и сумасшедшая, превратившая плоть в тень...
И, наконец, наступил рассвет, забрезжили слабые и тревожные лучи солнца, играя на запекшихся губах и телах, прильнувших друг к другу, а рядом гром прибоя оглушал, доводил до безумия.
В полдень они вернулись в контору фирмы ""Любовь, инкорпорейтед"". Пенни стиснула его руку и исчезла за дверью.
- Это была настоящая любовь? - спросил мистер Тейт.
- Да!
- И вы полностью удовлетворены?
- Да! Это была любовь, самая настоящая любовь! Но почему она настаивала на том, чтобы мы вернулись?
- Наступило постгипнотическое состояние, - сказал мистер Тейт.
- Что?
- А чего вы ожидали? Всякий хочет любви, но немногие могут заплатить за нее. Пожалуйста, вот ваш счет, сэр.
Саймон раздраженно отсчитал деньги."
"- В этом не было необходимости, - сказал он. - Я, безусловно, заплатил бы за то, что нас познакомили. Где она теперь? Что вы с ней сделали?
- Пожалуйста, попытайтесь успокоиться, - уговаривал мистер Тейт.
- Я не хочу успокаиваться! - кричал Саймон.
- Я хочу видеть Пенни!
- Это невозможно, - ледяным тоном произнес мистер Тейт. - Будьте любезны, прекратите эту сцену.
- Вы хотите выкачать из меня побольше денег? - вопил Саймон. - Ладно, я плачу. Сколько я должен заплатить, чтобы вырвать ее из ваших лап?
Саймон выхватил бумажник и швырнул его на стол. Мистер Тейт ткнул в бумажник указательным пальцем.
- Положите это к себе в карман, - сказал он. - Мы старая и уважаемая фирма. Если вы еще раз повысить голос, я буду вынужден удалить вас отсюда.
Саймон с трудом подавил гнев, сунул бумажник в карман и сел. Глубоко вздохнув, он спокойно сказал:
- Простите.
- Так-то лучше. Я не позволю кричать на себя. Но если вы будете благоразумны, я могу выслушать вас. Ну, в чем дело?
- Дело? - снова повысил голос Саймон. Потом постарался взять себя в руки и сказал: - Она любит меня.
- Конечно.
- Тогда как же вы могли разлучить нас?
- А какое отношение имеет одно к другому? - спросил мистер Тейт. Любовь - это восхитительная интерлюдия, отдохновение, полезное для интеллекта, для баланса гормонов, для кожи лица.
Но вряд ли кто-нибудь пожелал бы продолжать любить, не так ли?
- Я пожелал бы, - сказал Саймон. - Эта любовь необыкновенная, единственная...
- Вы, конечно, знаете о механике производства любви?
- Нет, - сказал Саймон. - Я думал, эта была... естественная.
Мистер Тейт покачал головой.
- Мы отказались от процесса естественного выбора много веков тому назад, вскоре после Технической революции.
