Но еще больше мне хочется продолжать жить так, как я жил до сих пор, то есть самым удовлетворительным, самым замечательным образом. Знаете, роскошь позволяет мириться со многим...
– А вы не забыли, – сказал Кромптон, – что вы пребываете в Дюрьеровом Теле, а срок его существования всего сорок лет? Без Реинтеграции вам осталось жить только пять лет. Поймите, максимум пять. Бывает, что Дюрьеровы Тела ломаются и раньше срока.
– Да, верно, – сказал, слегка нахмурившись, Лумис.
– В Реинтеграции нет ничего плохого, – продолжал Кромптон самым, как ему казалось, убедительным тоном.
– Ваша страсть к наслаждениям не пропадет, просто она станет несколько умереннее.
Лумис как будто задумался всерьез, попыхивая своей бледно-кремовой сигаретой. Потом взглянул Кромптону в лицо и произнес:
– Нет!
– Но ваше будущее?..
– Я просто не тот человек, который беспокоится о будущем, – с самодовольной улыбкой возразил Лумис. – Мне бы прожить сегодняшний день, да так, чтобы чертям тошно стало. Пять лет... Кто знает, что еще случится за эти пять лет! Пять лет – ведь это целая вечность! Может, что-нибудь и изменится.
Кромптон подавил в себе сильное желание вколотить в этого Лумиса хоть немного здравого смысла. Конечно, сластолюбец всегда живет только сегодняшним днем, не предаваясь мыслям о далеком и неопределенном будущем. Для Лумиса, поглощенного сегодняшним днем, пять лет – срок почти немыслимый. Ему, Кромптону, следовало бы знать это.
По возможности спокойным голосом Кромптон сказал:
– Ничего не изменится. Через пять лет – коротких пять лет – вы умрете.
Лумис пожал плечами.
– Я следую правилу – никогда не загадывать дальше четверга. Вот что я тебе скажу, старик, приезжай через три или четыре года, тогда поговорим.
– Но это невозможно, – объяснил ему Кромптон. – Вы тогда будете на Марсе, я – на Земле, а наш третий компонент – на Венере. Нам уж ни за что не встретиться в нужный момент. А кроме того, вы даже не вспомните.
– Посмотрим, посмотрим, – сказал Лумис, поглядывая на свои часы. – А теперь, если ты не возражаешь, я жду гостя, который, наверное, предпочтет.
..
Кромптон встал.
– Если вы передумаете, я остановился в мотеле ""Голубая Луна"". И пробуду здесь еще день или два.
– Желаю приятно провести время, – сказал Лумис. – Не забудь посмотреть Пещеры Ксанаду – сказочное зрелище!
Совсем потеряв дар речи, Кромптон покинул роскошный номер Лумиса и вернулся в свой мотель.
В этот вечер, ужиная в буфете, Кромптон отведал Марсианских ростков и Красного Солодина.
