– Я не успел как следует пожить на Земле.
– Сколько тебе было лет во время катастрофы? – спросил Блейн.
– Девятнадцать.
Блейн печально кивнул.
– Я не готов к потусторонней жизни, – начал Робинсон. – Мне хочется путешествовать, работать, смотреть. Я хочу узнать, что я за человек. Я хочу жить! Знаете, у меня никогда не было женщины! Я готов променять бессмертие на десяток хороших земных лет. – Робинсон поколебался и сказал: – Мне нужно тело. Мне нужно хорошее мужское тело, в котором я мог бы жить, а не эта падаль, которую я ношу на себе.
Блейн, твоя жена убила мое прежнее тело.
– И ты хочешь получить мое? – спросил Блейн.
– Если ты считаешь это справедливым.
– Одну минуту! – вмешалась Мэри. Ее лицо снова порозовело. Признавшись в том, что совершила, Мэри словно освободилась от преследовавшего ее кошмара и снова начала бороться. – Робинсон, вы не имеете права требовать этого от него. Он не имел никакого отношения к вашей смерти. Это моя вина, и я признаюсь в ней. Вам не годится женское тело, правда? Впрочем, я не отдала бы свое тело в любом случае.
Что было-то было, прошлого не вернешь! Уходите!
Робинсон не обратил внимания на ее слова и посмотрел на Блейна.
– Я ведь знал, что это был ты, Блейн. Даже когда я ничего больше не знал. Я охранял тебя, Блейн, я спас тебе жизнь!
– Это верно, – тихо пробормотал Блейн.
– Ну и что?! – закричала Мэри. – Он спас твою жизнь. Это не значит, что она принадлежит ему! Нельзя спасти чью-то жизнь и потом рассчитывать, что тебе отдадут ее по первому требованию.
Том, не слушай его!
– Я не могу принудить тебя, Блейн, и не собираюсь убеждать, – сказал Робинсон. – Ты сам должен решить, как поступить, – я соглашусь с любым твоим решением. Только постарайся припомнить все, абсолютно все.
Блейн взглянул на зомби почти с любовью.
– Значит, здесь есть что-то еще. Что-то очень важное. Правда, Робинсон?"
"Робинсон кивнул, не сводя взгляда с лица Блейна.
– Но откуда ты знаешь это? – спросил Блейн. – Как ты можешь это знать?
– Потому что я понимаю тебя.
Я посвятил тебе жизнь. Моя жизнь вращалась вокруг твоей. Я думал только о тебе и больше ни о чем. И чем лучше я узнавал тебя, тем больше убеждался.
– Пожалуй, – кивнул Блейн.
– О чем вы? – вмешалась Мэри. – Что еще? Что еще тут может быть?
– Мне надо подумать, – сказал Блейн. – Я должен вспомнить. Прошу тебя, Робинсон, выйди ненадолго.
– Конечно, – согласился зомби и тут же вышел.
Блейн жестом попросил Мэри помолчать, затем сел и обхватил голову руками.
