– Вы не могли бы объяснить поподробнее относительно охоты?
– Тут нечего объяснять. Самая обычная охота. Только не болтай об этом. Я не уверен, что охоту еще не запретили. Жаль, что Конгресс не может принять окончательного решения относительно закона о самоубийствах и допустимых убийствах. А то непонятно, что разрешено, а что – нет.
– Это верно, – кивнул Блейн.
– Юридические аспекты тебе объяснят, наверное, во время инструктажа, – продолжал Франчел. – Там будут и остальные охотники, и жертва расскажет вам все, что нужно.
Если будешь говорить с Реем, передай от меня привет. Скажи, я очень сожалею о его смерти.
– Обязательно передам, – сказал Блейн.
Он решил больше не задавать вопросов, опасаясь, что его невежество может стоить ему работы. А работа – любая работа – была сейчас необходима как для утверждения чувства собственного достоинства, так и для пополнения тощего кошелька.
Он поблагодарил Франчела и ушел.
Этим вечером Блейн поужинал в дешевой закусочной и купил несколько журналов. Ему удалось найти работу, а потому у него было хорошее настроение.
Теперь Блейн не сомневался, что найдет для себя достойное место в этой эпохе."
"Его эйфория исчезла, когда, возвращаясь к себе к отель, он увидел мужчину, который стоял в переулке и следил за ним. У мужчины было бледное лицо и бесстрастные глаза Будды, а грубая одежда висела на нем, как лохмотья на огородном пугале.
Это был зомби.
Блейн поспешил скрыться в отеле, отказываясь признать, что ему угрожает опасность. В конце концов, если коту дозволено смотреть на короля, то и зомби имеет право смотреть на человека, правда?
Впрочем, такие попытки успокоить себя оказались не слишком успешными, и его до утра мучили кошмары.
Рано утром Блейн отправился на угол 42-й улицы и Парк-авеню, чтобы сесть на автобус и ехать на инструктаж. Ожидая, он заметил какое-то волнение на противоположной стороне 42-й улицы.
Посреди заполненного людьми тротуара остановился мужчина. Он глупо хихикал, и прохожие стали обходить его. Блейну показалось, что мужчине было за пятьдесят, на нем был деловой твидовый костюм, очки, и ему не мешало бы похудеть.
В руке он держал портфель и был похож на десятки миллионов деловых людей.
Внезапно он перестал смеяться, раскрыл портфель и достал оттуда два длинных, слегка изогнутых кинжала, затем отбросил в сторону пустой портфель и очки.
– Берсеркер! – послышался чей-то крик.
Мужчина бросился в толпу, размахивая сверкающими кинжалами. Люди закричали и стали в панике разбегаться.
