Но все-таки Эдуард Амвросиевич Шеварднадзе, как к нему ни относись, был человек старой, советской закалки. Школу прошел хорошую, был старой и опытной лисой. Такая лапу в капкан запросто не сунет. И «грозно тявкать» на весь мир не станет, да и своему ближайшему окружению не позволит. Дабы не позориться.
— Это точно, — кивнул Сабуров. Он, хоть и почти не застал советского времени, про Шеварднадзе читал и слышал много — в основном как раз во время службы на границе Грузии и Абхазии. Там практически все местные старики, да и офицеры российские, которые там давно служили, говорили о Шеварднадзе примерно то же самое, что и Скат.
— В общем, ситуация последнее время сильно ухудшилась, — заключил командир.
— Не понимаю, — Сабуров покачал головой. — Грузины про возврат Абхазии говорят давно — то громче, то тише. Но это все время так одними словами и остается, ну, максимум, какое-нибудь незначительное столкновение на границе происходит.
— Вот и я то же самое генералу сказал, — Скат тяжело вздохнул. — А он мне ответил, что по целому ряду серьезных признаков грузины решили-таки перейти от слов к делу.
Они решили всерьез попытаться захватить Абхазию.
— Что за признаки?
— Этого генерал мне пока не сказал. Если все-таки решат дать задание нам, тогда и объяснит. Понимаешь теперь, почему мне и подумать тошно о том, чтобы взяться за это дело? Легко вступить в бой, если твой друг с посторонним человеком дерется, а если дерутся два друга?
— Тогда надо их разнять, — спокойно сказала Света. — А еще лучше — предотвратить драку.
— Блин, я все равно никак поверить не могу! — Сабуров с трудом усидел на месте, ему хотелось вскочить, как только что вскакивал Скат. Немыслимо было сидеть сложа руки, слыша такое. — Война с Абхазией! Это каким же надо быть придурком, чтобы придумать такое! Просто поверить не могу!
— А я могу, — негромко сказал Левша. — Время от времени политики такие глупости делают. Ты молодой, Афганистана не помнишь. А мы со Скатом хорошо помним.
— Скат, я пока одно не совсем поняла, — подала голос Света.
— История грузино-абхазского конфликта, обстановка в Грузии, «революция роз», готовящаяся новая война — с этим все более-менее ясно. Мне неясно, в чем же суть нашего предполагаемого задания?
— В том, о чем ты сама же и сказала. В том, чтобы не дать им сцепиться. В том, чтобы эту самую готовящуюся войну предотвратить. Только не спрашивай меня как — этого генерал мне пока тоже не говорил. Ни о каких конкретных планах мы не разговаривали.
