И две журналистские группы. Так вот, в одну из групп в качестве одного из корреспондентов входит хорошо известный нам человек. Джек Хармфорд.
— Кто это?
— Тот же, кто и я. Только с другой стороны зеркала.
— Какого зеркала?
— Не обращай внимания, Андрей, — с усмешкой сказал Скат. — Жаргон. Просто еще в советские времена мы холодную войну зеркальной называли.
Видимо, заметив непонимание в глазах Сабурова, Скат решил эти слова пояснить.
— Понимаешь, Андрей, иногда возникало такое странное чувство. Вот мечешься-мечешься по нашему шарику с континента на континент, из одной страны в другую.
Там взорвал, тут похитил, здесь, наоборот, кого-то защитил, а через неделю убрать кого-то приказали. В Африке делаешь военный переворот, в Латинской Америке противостоишь перевороту. А потом сталкиваешься в каких-нибудь долбаных джунглях с парнем из Оклахомы или из Техаса. И понимаешь, что этот парень — твое зеркальное отражение. Он такой же, как ты. Там, где ты свергал президентов, он их защищал. Где ты охранял базы, он на них диверсии устраивал.
И, понимаешь, ненависти-то никакой к этому парню нет! Я солдат, и он солдат. Я сражался за свою родину, а он за свою. Меня посылали в бой большие люди из Кремля, а его из Пентагона. Вот и вся разница. Понимаешь?
Сабуров кивнул.
— Вот Хармфорд как раз и есть такое мое отражение, — продолжал Скат. — И он сейчас здесь. Конечно, можно предположить, что один из лучших американских коммандос решил сменить профессию, а заодно и фамилию и податься в тележурналисты на один из их новостных каналов.
Но мне что-то не верится. Почему-то кажется мне, что он здесь тоже из-за планируемой атаки на Абхазию. Более того — я голову готов на отсечение дать, что подготовкой к нападению именно он и занимается. Кстати, это значит, что американцы придают этой операции большое значение. Хармфорда куда попало не пошлют. Не исключено, что и подрыв тоннеля именно он готовит. В общем, твое счастье, Андрей, что в том отряде, который ты выследил, его не было. От этого человека ты бы так просто не ушел.
— И что мы с ним делать будем? — спросил Сабуров.
— Хороший вопрос! Чтобы с ним что-то сделать, его надо найти. А он, как ты понимаешь, объявлений, в которых написано, где он расположился, на столбах не расклеивал.
— Но если он маскируется под корреспондента, то он там же, где и вся остальная съемочная группа.
— А вот где группа, неизвестно. Он хитро сработал. Когда эта группа где-то появляется, он говорит, что едет из такого-то села.
