Она сказала, что едет за город, поживет там немного и поработает.
— Не верю, что она тебе не сказала, а ты не спросила. Вы же близки, — прищурился Даниал.
— Мама попросила ни о чем не спрашивать. Она захотела сменить обстановку. Я не стала давить. Знаю только, что где-то за городом.
— А если с ней что-то случится, а мы даже не знаем, куда ехать? О чем Джама думает?
— О себе, — вскинув подбородок, ответила дочь. — Мама думает о себе. И правильно делает. А ты сначала с матерью своего ребенка разберись. Извини, конечно, но как ты себе представляешь ситуацию: “Дорогая, прими меня обратно, но я с прицепом”? Ты думаешь, мама побежит, роняя тапки? Да никогда.
Я не знаю, что должно случиться, чтобы она простила. Вот правда.
И ведь дочь снова права: не в бровь, а в глаз. Поведение Рианы уже давно его напрягало и бесило, а когда Даниал узнал, что девка без его ведома переехала в Алматы и сняла квартиру, то озверел. Но Риана быстро включила дурочку и тараторила:
— Алишке нужно больше солнца и тепла, а в Астане холодно и ветрено.
Здесь больше развивашек для него, здесь хорошие детские сады.
Он твердо сказал, чтобы она возвращалась домой. Прилетать к ребенку два раза в месяц — всё, на что он пока способен. Подрастет — возможно, сможет забирать на длительный срок. А пока… пусть живет с матерью в столице.
Когда Риана сообщила ему, что беременна, Даниал понял, что это конец. Отправил ее в другой город, купив молчание и заставив не высовываться. Сумма с шестью нулями ежемесячно падала на карту бывшей секретарши, которая носила под сердцем его сына — тот самый плод предательства и порока.
Когда Джамиля в очередной раз заговорила о разводе, он, снедаемый чувством вины, согласился. Слишком высокую цену Даниал заплатил за то, что на несколько минут забылся в номере Сингапурского отеля.
Глава 11. Черная пантера
Что случилось в Сингапуре?
Огни ночного Сингапура мерцали перед глазами, но он ничего не замечал и ничего его не удивляло, не привлекало и не радовало. Стоя у панорамного окна, Даниал боролся с желанием разбить его и сделать шаг в бездну, чтобы уже наверняка разбиться и не чувствовать боли.
Глоток виски. Взгляд вниз. Страшно до тошноты.
Сев в кресло, мужчина откинул голову назад и посмотрел в потолок. Возникло сильное желание услышать родной, любимый голос, и он позвонил ей. Жена долго не поднимала трубку, и Даниал прикрыл глаза, умоляя ее взять.
— Да? — хрипло отозвалась она.
— Джама, это я, Даник.
Воцарилось молчание.
— Как ты, милая?
— Нормально.
