Он обо мне так беспокоился, что сделал ребенка на стороне, — воскликнула Джамиля.
Камелия и бровью не повела, только подошла к столешнице, взяла в одну руку кружку, в другую — пузатый белый кувшин и налила матери воды. Джамиля следила за движениями дочери и недоумевала: почему она молчит?
— На, выпей, — велела, поставив чашку перед ней.
— Что вообще происходит? — сглотнула Джама. — Ты же даже не удивилась. Ты что, — ее брови поползли вверх, — все знала?
Камелия села напротив и сложила руки в замок на столе.
— Ты про папиного сына? Да. Я знаю.
— Как давно? — за грудиной сильно жгло.
— С марта.
— Ты видела этого мальчика?
— Нет, конечно! Зачем? Он мне никто.
— Он — твой брат, — пробормотал Джамиля. — Единокровный.
— Он мне никто, — с нажимом повторила Камелия.
— Почему ты не сказала мне? — сокрушалась мама. — Почему скрыла?
— Чтобы что? — воскликнула она. — Еще одного твоего нервного срыва я бы не вывезла. Спасибо, я уже отнимала у тебя с боем таблетки, а папа — нож.
— Как? — голос дрожал.
— Как ты узнала?
— Помнишь мою одноклассницу Свету? Она сейчас в Астане живет. Она видела папу с ребенком в парке и сразу позвонила мне. Ну а я — папе.
— И что ты ему сказала?
— Что он козёл, — пожала плечами дочь.
— Прямо так и сказала? — выпучила глаза Джамиля.
— Нет, конечно. Он все-таки мой отец. Но мы сильно поругались, и он попросил ничего тебе не говорить. Обещал, что сам скажет. Но как я поняла, не сказал.
— Трус, — Джама схватилась за голову. — Он спал с Рианой.
С девчонкой, которая спокойно заходила в наш дом, улыбалась мне, сочувствовала.
— Она сука, — выплюнула Камелия. — И где ты нашла девчонку? Ей же точно за тридцать. Кто же знал, что мы пригрели змею на груди. Ты ей доверяла, а она увела у тебя мужа.
— Господи, — прошептала Джамиля, сложив ладони в молитвенном жесте и прижав их к губам, — я сошла с ума, а твой отец пошел налево.
— М-да, — фыркнула Камелия. — От папы я такого не ожидала. Думала, вы вместе проживете до самой смерти.
Не думала, что буквально до смерти одного из нас.
— Ками, — прошипела Джамиля. — Ты что такое говоришь?
Камелия долго не отвечала, но во взгляде дочери было столько невысказанного и горького, что Джамиля испугалась.
— Не бери в голову, мам, — отмахнулась она. — Ты же знаешь, у меня специфическое чувство юмора.
— Нет, скажи, — надавила Джамиля. — Я же вижу, что ты что-то не договариваешь. Поговори со мной.
Она протянула руку и накрыла ладонь дочери.
