Они не стали настаивать, отпустили, сделали так, как попросила я.
Начало положено!
21. В монашки пойду, честное слово!
Утро следующего дня началось прекраснее, чем обычно. Теплые мужские руки ласкали мои ступни, нежно массировали пальчики, втирая в кожу ароматное масло какао, согревали их своим дыханием и легкими поцелуями.
Оушен…Ты все-таки не улетел…Не бросил меня…
Пьянящее удовольствие концентрировалось под сводом стопы и медленно, неторопливо, обвивало лианой, поднималось выше, наполняя негой икры, колени, растекаясь по бедрам, проникая внутрь моего женского начала.
Эти ласки были приятны, но мне уже безумно хотелось большего, хотелось почувствовать на себе тяжесть мужского тела, услышать его хриплые стоны, увидеть безумие в необыкновенно синих глазах, вдохнуть запах его желания, источаемый горячей кожей. Смотреть как эта кожа покрывается капельками пота, как напрягаются крепкие мышцы, пробуждая внутри меня все, что раньше было спрятано от других мужчин и даже от себя самой.
Никогда раньше, точно змея за флейтой, я не шла на голос мужчины, не умирала от одной глубины взгляда. Еще ни разу мне так не хотелось нырнуть в эту пучину и раствориться в ней, оставаясь на веки частичкой этого океана…
— Иди ко мне…— промурлыкала я, не открывая глаз, и протянула руки к нему.
Мягкие ладони заскользили вверх по ногам, многократно усиливая желание внизу моего живота, но остановились на бедрах.
Я недовольно замычала, заерзав в его руках, требуя продолжения.
— Не уверен, что вы не пожалеете об этом, моя гэйтана…
Вот дурак! Я такая вся готовая и разогретая лежу перед ним, стону и извиваюсь, а он будет ждать своего месяца? Не идиот, а?
Я открыла глаза, чтобы посмотреть на этого скромника, и сама же оглохла от собственного визга.
Передо мной метался вовсе не Оушен.
Каим подорвался с моей кровати и спрятал руки за спину.
Потом закрыл ладонями уши, но тут же вытянул руки вперед, умоляя меня перестать издавать эти ужасные звуки.
Я заткнула свою сирену, подтянула простынь до подбородка, а на голые ноги набросила одну из подушек.
Это его я просила заняться со мной любовью? Каима? Боже! Позорище-то какое!
— Ты что тут делаешь?
Я вжалась в спинку кровати, чтобы находиться подальше от чужого мужчины.
