Выходит, на ужин со своей семьей он вести меня не хочет.
— Мне кажется, она выглядит вполне отдохнувшей! — не унималась девушка, за что была награждена строгим взглядом брата, — Ариэль сказала, что через пару дней улетает…Я не понимаю, почему так быстро?
Оушен, сжав челюсти, вдохнул, и взяв под локоть сестру, выпроводил ее из моей комнаты.
— Помоги маме с ужином, она как раз искала тебя, — и закрыл за ней дверь.
Лучше бы он ушел вместе с ней. Но он остался.
Тишина между нами создавала напряжение, и казалось, что громкий стук моего сердца эхом отражается от стен.
— Извини. Она всегда была очень любопытной и любила влезть не в свое дело.
Я лишь кивнула, принимая извинения. Вообще, было что-то в этой девушке необычное, располагающее…И, не смотря на ее претензии, с которых началась наша беседа, я на нее не злилась.
— Если хочешь, ты можешь спуститься на ужин с моей семьей.
— Не хочу ставить тебя в неловкое положение, — а себя в первую очередь. Мало ли, кто вхож в их семью. Может и его «любимая» будет ковырять омлет радом со мной на этом семейном ужине.
— Когда правитель решит, что будет со мной дальше?
— Так не терпится отделаться от меня? — Оушен тяжелыми шагами подошел ближе.
— Не терпится освободить место для твоей девушки! Не люблю сидеть на чужом стуле! — я скрестила руки на груди и отвернулась. Еще не хватало, чтобы он заметил мои порозовевшие от гнева щеки.
Но даже спиной я почувствовала его довольную ухмылку.
— Что смешного? — обернулась я.
Оушен действительно улыбался, а глаза сверкали задорными искрами.
— То, как ты ревнуешь.
Кровь в мгновенье вскипела, и я еле сдержалась, чтобы не кинуться на него с кулаками.
— Не смешнее тебя! — вот еще! Размечтался, что ревную!
Оушен насупился.
— У меня, хотя бы, повод есть. А вот ты…— он резко замолчал, сжимая челюсти.
Ну давай! Расскажи мне опять, какая я бесстыжая!"
"— Так ты спустишься к ужину? — резкая смена темы далась ему с трудом. Его желваки играли, а пальцы сжимались в крепкие кулаки.
Надо отдать ему должное: сдерживаться он умеет.
А вот мне интересно, где та точка кипения, после которой, он выскажет мне все, что наболело?
— Познакомиться с твоей любовью? — я ехидно улыбнулась, ожидая его реакции.
Оушен смерил меня гневным взглядом, шумно выдохнул, и резко развернувшись, вышел из моей спальни.
Кажется, мы близки к ста градусам!
А на ужин, пожалуй, все-таки спущусь! Выбесить мужика – святое дело. Потом и спится слаще!
37. Четверых ей мало...
