Но чем упорней Ален и Роми доказывали, что они просто друзья и партнеры, тем настойчивее вездесущие журналисты следили за каждым шагом звездного дуэта: жаркие объятия в аэропорту, записки, цветы, подслушанные фразы — все стало достоянием прессы. Гарри Мейен был оскорблен грязными намеками, а Роми — его упреками. Она вновь погрузилась в работу. С каждым фильмом актриса все выше поднималась на кинематографический Олимп. Шнайдер 70-х стала олицетворением женственности — то целомудренно-чистой, то зовуще-чувственной, то агрессивно-сексуальной.
Она была признана журналом «Пари-матч» ведущей звездой французского кино. Но счастливое супружество осталось в прошлом.
Весной 1973 г., когда Гарри потребовал развода, их ничего уже не связывало, кроме сына и угрызений совести Роми за разрушенную мужу жизнь. Шнайдер поселилась в Париже и забрала к себе сына. В ее судьбу вошел молодой красивый итальянец Даниэль Бьязини (Биасини), сценарист и режиссер документального кино.
Он отчаянно напоминал Роми молодого Алена Делона, и она предложила ему стать ее секретарем. Даниэль был внимательным и заботливым, а Роми так хотелось иметь рядом надежную опору.
Уверенная, что теперь у нее надежный «тыл», Шнайдер продолжала напряженно работать. Она стала той актрисой, которая не боится выглядеть на экране непривлекательной. За роль уродливой, отталкивающей своей агрессивностью Надин в фильме «Главное — любовь» Роми была удостоена самой престижной кинематографической награды Франции — премии «Сезар».
Газеты тех лет были наполнены восторженными высказываниями об актрисе. Но лучше всех, наверное, почувствовал глубину ее таланта Ж. Кокто: «Искусство — это то, что превращает тайну в свет. Этот комплимент я хотел бы адресовать Роми Шнайдер, настоящей трагической художнице».
Творческому успеху сопутствовало и личное счастье. После двухлетнего бракоразводного процесса с Гарри Мейеном Роми наконец-то получила свободу, отдав за это половину своего состояния — полтора миллиона марок.
В декабре 1975 г. она вышла замуж за Даниэля. Роми ждала от него ребенка и не могла допустить, чтобы он рос без отца. «Всю жизнь я пыталась собрать под одной крышей мужчин, детей, профессию, успех, деньги, свободу, уверенность, счастье. В первый раз все рухнуло. С Даниэлем я делаю новую попытку». Роми чувствовала себя защищенной, да и сын нашел общий язык с отчимом.
