Он торчал там же, где его оставили — и пытался разбить кристалл, к которому его привязали. Правда, ничего у призрака не получалось — сил было настолько мало, что руки проваливались сквозь сам «якорь» и пол.
Увидев нас, он отскочил от кристалла.
— Развлекаешься, да? — рявкнул я, подходя ближе, — Ничего не хочешь объяснить⁈ Два вурдалака! ДВА, сволочь! Ты нас на убой отправил!
— А-а-а, точно! — бородач с разрубленным лицом состроил удивлённую мину, — А я и думал, что что-то упустил из виду, когда просил вас о помощи…
— Так я тебе и поверил! Дед…
— Секунду.
Золотистая нить захлестнула горло духа, заставив его застонать от боли и упасть на колени. Я присел на корточки, чтобы наши лица были на одном уровне. Уродство убитого меня ничуть не смущало.
Уж после встречи с его «пёсиками» — точно.
— Ты повёл себя некрасиво, Чарышников. Не по дворянски… Значит, и с меня взятки-гладки! Необязательно держать слово перед лгуном!
— Стой-стой-стой! — зачастил дух мужчины, — Стой-стой, уважаемый, погоди! Я не… Я правда забыл! Это два мужика… Из тех, что убили меня! Я прихватил их с собой и проклял, они и сожрали остальных! Наверное, с тех пор там и жили…
— Да мне плевать! Хотя погоди — кто тебя убил-то?
— Так люди заказчика! Того, о котором вы спрашивали! Который и заказал записки Пржевальского!
Он зачастил, и я вдруг подумал, что теперь сволочь не заговаривается.
А как нас вокруг пальца обвёл, актёр!
— Имя, @#$%! У меня уже и так плохое настроение!
— Иловайский! Андрей Иловайский его звали!
Я посмотрел на деда, и тот поджал губы.
Ну офигенно, что…
Кто не знал Иловайских? Да любой деревенский житель каждый день на экране телевизора видел, как мелькали лица этого семейства… Патриарх был министром иностранных дел, его жена владела сетью лучших хирургических клиник, многочисленные кузены и кузины занимали посты в правительстве, а дети учились в московских «Златограде», «Аркануме», питерских «Вихре» и «Петрограде» — и готовились к собственным свершениям по стопам родителей…
И кто-то из этой семьи заказал сто лет назад оформить записки Пржевальского в собрание сочинений.
Кто-то, с именем Андрей…
Если прикинуть, у министра иностранных дел как раз отчество Андреевич…
И что всё это значит?
— Зачем им понадобились эти записки?
— Я не знаю… Но знаю вот что — это не просто книги, а артефакт!
— Что за артефакт?
— По отдельности в них даже магии почти нет! Но собранные вместе, они открывают ещё… Несколько страниц!
— И что на них? — мы с дедом переглянулись.
