Спросонья меня покачивает, голова немного кружится, и поэтому я не могу даже сопротивляться. Только задавать вопросы и панически вертеть головой, рассматривая вспыхивающие вокруг круги, — вы кто такие? Куда вы меня ведете?
— К тому, от кого сбежала, — следует лаконичный ответ.
— К Садаеву, — цежу сквозь зубы я. Недолго же пробегала. Даже поспать не успела.
— Да нет. К твоему отцу.
Меня прошибает будто током. Нет! Какого черта? Я пять лет скрывалась и с удовольствием не стану встречаться с отцом еще лет пятьдесят.
Но меня неумолимо ведут по темноте к входной двери Гошиной квартиры. За ней будет подъезд, а потом меня просто посадят в машину, и прощай, свобода.
Я не знаю, что папочке внезапно понадобилось от меня, но я изо всех сил начинаю вырываться из захвата незнакомца. Пытаюсь упасть на пол, упираюсь ногами, стуча ими по паркету, но все бесполезно. В конце концов меня просто отрывают от пола, схватив за талию и закидывают на плечо, больно ударив об него животом.
— Урод! — кричу я, и бью его кулаком по почкам.
Похититель вздрагивает, рычит на меня матом, сбрасывает меня с плеча, и, развернув спиной к себе, просто тащит за шкирку.
— Чтоб ты кровью писал, — желаю ему я от души. И начинаю визжать, когда мы выходим в подъезд. Эхо от моего вопля проносится по этажам. Меня быстро затыкают ладонью и выносят на улицу, пока я глупо болтаю ногами в воздухе, задевая голыми ступнями кусты сирени.
По крайней мере, я пыталась.
Неподалеку хлопает дверь машины, а потом раздаются шаги. Камешки под ногами идущего хрустят все громче и громче — он приближается к нам.
— Отпусти мою сестру. Быстро.
Я замираю. Этот голос. Я узнаю его из миллиона голосов, несмотря на то, что он немного изменился. Тихий, спокойный тембр — в детстве таким же голосом в моем воображении говорил Иисус, когда я читала бабушкину Библию.
— Мир, — сдавленно произношу я и оборачиваюсь, потому что меня тут же отпустили по его приказу. Парень стоит напротив нас, едва улыбаясь, одетый во все черное. Я срываюсь с места и за два больших шага прыгаю брату в объятия.
Мои ладони шарят по его худой спине. Он вырос за эти пять лет. Сейчас он выше меня на целую голову. Но он не раздался вширь. Больше похож на эльфа сейчас.
Брат крепко сжимает меня в ответ и какое-то время мы просто стоим, обнимаясь. Господи, как же я скучала по нему. Нет больше в моей жизни людей настолько же дорогих мне, как Мирослав.
— Мне приказано ее привезти к вашему отцу, — пытается переговорить с братом мой похититель.
