В свое уютное гнездо вроде не комильфо, а тут можно кем угодно поверхности полировать. Мой отец, например, тоже имеет красивую квартирку прямо в одной из башен Москва-Сити. И любовниц туда водит красивых, дорогих.
Меня передергивает, когда я вспоминаю, как на прогулке с одногруппниками мы фотографировались возле одной из башен, и в этот момент я увидела машину отца, из которой он выходил, положив руку на задницу какой-то девушке, вдвое младше его.
Будет забавно, если я тут с ним случайно пересекусь. В тот момент, когда Садаев будет прилюдно называть меня мерзкими словами.
Представляю, как у моего папочки тогда перекосит рожу. Ну а что? Если ты пользуешься молоденькими девочками, не стоит удивляться потом, когда и твою дочь будет пользовать такой же мужик в возрасте.
Я заруливаю в помещение, похожее на кухню, подхожу к холодильнику и открываю его, чтобы найти воду. Пить хочется ужасно. Задумчиво смотрю на полки, когда позади раздается голос, и визжу. Громко и испуганно. В который раз за день.
— Цыпа, раз ты тут… — маньяк замолкает, когда я оборачиваюсь, испуганно прижимая руки к груди, и цыкает, — у меня уши завяли.
Ты что орешь?
— Я думала, что тут одна вообще-то, — выдавливаю я.
— Нет, цыпа, я пока с тобой. Сваргань омлет, а?
У меня приподнимаются от удивления брови.
— Я не умею.
— Цыпа, не ври. Студентка и не умеет готовить? Ты бы не выжила. Давай. Из четырех яиц.
«А лицо не треснет?» — скептически думаю я. Но послушно достаю четыре яйца из лотка, и мою их под краном. Потом в шкафчике нахожу глубокую миску и вилку.
Разбиваю в нее яйца, представляя, что это яйца Садаева, а не куриные. С удовольствие бы накормила эту компашку их главарем.
У маньяка звонит телефон и он выходит из кухни, чтобы с кем-то пообщаться, а я быстро открываю ближайшие ко мне шкафчики в надежде найти аптечку. Может быть, я смогу найти снотворное, усыпить моего надзирателя и вытащить у него ключи от входной двери.
Но, к сожалению, аптечки нигде нет. Я со злости плюю в омлет и взбиваю его.
Выливаю на сковородку и спустя десять минут подаю вернувшемуся за стол маньяку тарелку.
— Приятного аппетита, — с сарказмом говорю я. Он скептически смотрит на тоненький опавший омлет и тычет в него вилкой с некой опаской.
— Готовка не твоя сильная сторона, цыпа.
— Предупреждала же, — пожимаю я плечами, — еще распоряжения будут? Полы вымыть? Окна протереть? Я все делаю одинаково плохо."
"Маньяк смотрит на меня и иронично кривит губы в ответ на мою реплику.
