— Я тебе организую какое-нибудь дело, принцесска, — произносит он, — какое пожелаешь. Помогу с открытием и подскажу. Тебе действительно стоит уметь управлять людьми, если вдруг меня однажды подстрелят и ты останешься вдовой.
— Рустам!!!
— Это почти шутка. Просто реально, раз ты хочешь — стоит этим заняться. Но не в беременность. Нефиг нервы мотать. Особенно с очередной двойней.
Я обвиваю руками его шею. Льну к нему, утыкаясь носом в подбородок и вдыхая уже ставший близким и знакомым запах.
Как хорошо, что все решилось.
Что все подозрения просто развеялись, правда, немного перетряхнув нам все нервы.
Я не знаю, что нас ждет впереди. Но если с каждым годом мы продолжим становиться все ближе и ближе друг к другу, открывая новые грани отношений, не кидаясь в омут чувств и безграничного доверия, то я хочу, чтобы это продлилось до конца жизни. Пусть даже это будет сопровождаться такими вот цапаньями.
Может быть, тогда я умру абсолютно счастливой. А не уставшей от семейной жизни. По-моему — это лучший исход.
* * *Еще пару лет спустя
Волны лижут мои загоревшие ноги, смывая с них белый песок. Теплый ветерок развевает на мне белую легкую накидку, которую я надела, чтобы солнце окончательно не сожрало меня. За моей спиной, в тени зонтика играют в куличики близнецы. Одни из. Пара вредных девчонок, которые успели потрепать мне нервы и добавить пару седых волос. С ними занимается нянька, подарив мне пять минут отдыха, пока близняшки в хорошем настроении и не требуют моего постоянного присутствия рядом, как они это обычно делают.
Мальчишки отдыхают после ночи веселья. Что-то сбилось в их внутренних часовых поясах, поэтому в эту ночь они не могли никак заснуть, зато днем вырубились почти мгновенно.
А Самира вообще вытошнило, после того, как он бешено прыгал на постели и пел песни.
Я вспоминаю ужин, который оказался на моем белоснежном платье и к горлу подкатывает тошнота. Оно сжимается спазмом и я против воли издают тот самый звук «бе». И ловлю на себе настороженный взгляд Рустама.
О, ну да.
Моя вторая беременность случилась вот после такого отдыха. Ясно, о чем думает Садаев.
— Что? — усмехаюсь я, — ты готов к еще двум близнецам, Садаев?
На его лице расцветает странная усмешка. Рустам отступает от меня все дальше и дальше в океан. Скрывается по пояс в воде, пока я мочу ножки на берегу, и я хмыкаю.
— Эй, ты решил утопиться от счастья? Чем больше наследников — тем круче. Ты сам мне говорил это. Остреляемся до сорока и будем жить в свое удовольствие.
