Даже если когда-то на месте города находилось римское поселение, его уже не узнать. Городская стена диктует городу свои законы, она стискивает его и заставляет расти ввысь.
Если в VIII–X веках город еще мало отличался от деревни, — он был застроен глиняными мазанками с каркасом из ивовых прутьев и между домами размещались участки пашни, — то к концу XII века демографическая ситуация привела к десятикратному увеличению населения городов, тогда как новые стены воздвигали редко: уж очень это было накладно.
Поэтому типичный европейский город того времени — лабиринт узких переулков, где верхние этажи домов выступают над нижними, так что свет проникает в переулок через узкую щель.
Дома, как правило, деревянные, лишь в самых богатых из камня выкладывается нижний этаж либо ставятся каменные стены в одной комнате, куда на случай пожара складывают ценные вещи. А так как семья растет и требуются все новые комнаты, дом постоянно переделывается и надстраивается, соответствуя характеру самих улиц и переулков: внутри он — лабиринт комнат и комнатушек, узких лесенок и тесных коридоров.
В городе живут тесно.
Улицы в XII веке немощеные. В Париже в то время была лишь одна мощеная улица. Поэтому в дождь или осенью улицы становились непроходимыми и непроезжими. В летописях отмечено предупреждение жителей немецкого города Рейтлингена, просивших императора повременить с визитом в их город. Император не послушался и чуть не утонул вместе с лошадью на одной из улиц.
Чтобы как-то передвигаться по грязи, горожане употребляли специальные деревянные «галоши» — высокие чурки, привязывая их к башмакам.
Самых знатных носили по улицам в паланкинах и портшезах.
Бедой города были и нечистоты. Положено было помои и отбросы выливать в специальные клоаки, которые периодически опорожнялись. Но мало кто, несмотря на строжайшие указы, придерживался этих правил — проще было вылить содержимое ночного горшка на улицу. Неудивительно, что эпидемии в городах распространялись со скоростью молнии и, когда но Европе в XIII веке прокатилась «черная смерть», многие города вымирали целиком.
Нередко города и выгорали. Огонь пожирал улицу за улицей, и люди оказывались в мышеловках тесных кварталов. Тут уж и речи не было, чтобы тушить пожар, — успеть бы, взяв самое ценное, убежать. Городские власти вели отчаянную, но неравную борьбу с пожарами. Смертная казнь полагалась не только поджигателю, но и человеку, пригрозившему в сердцах поджечь дом недруга.
Каждый дом был как бы городом в миниатюре.
