Туда спешили монахи, недовольные своими аббатами, священники, обиженные епископами, горожане с жалобами на шерифов; появились и некоторые рыцари. Все ждали, что Бекет предпримет далее.
Бекет решился. Окруженный большой толпой сторонников, которая росла по мере того, как он продвигался вперед, Бекет направился прямо в Лондон, где находился новый король Англии, которого еще предстояло короновать.
В Лондон въезжал уже не изгнанник. Главу английской церкви сопровождала вооруженная свита. У городских ворот его ждали три тысячи вооруженных горожан, навстречу вышли мэр, цехи ремесленников, гильдии торговцев.
При виде Бекета люди опустились на колени.
Генрих-младший растерялся. Он боялся гнева отца, он страшился народного возмущения.
Решения принимали за него. Генрих-старший никогда не оставлял своих родственников без надзора. Королевский чиновник вышел навстречу Бекету с требованием в город не входить.
Тот не подчинился.
В воротах Лондона Бекету вручили собственноручное письмо Генриха-младшего, вырванное у того придворными.
В нем король приказывал архиепископу вернуться и заявлял, что не готов с ним встретиться.
Бекет, который рассчитывал на то, что Генрих-младший осмелится ослушаться отца, повернул обратно.
Во Францию, где находился Генрих-старший, неслись панические сообщения. В доносах не обошлось без преувеличений: бароны и епископы раздули попытку Бекета посетить Лондон до размеров мятежа.
К королю в Нормандию приехали взбешенные прелаты, которых отстранил Бекет. Они кричали, что, если Бекет останется в Англии, страна будет потеряна для короны.
И тогда были сказаны слова.
За ужином, бушуя в гневе, проклиная непокорного Бекета и свое решение вернуть его в Англию, король воскликнул:
— Неужели я окружен одними трусами? Неужели не найдется никого, кто освободил бы меня от этого низкорожденного монаха?
Английские историки уже много столетий утверждают, что эти слова короля были вызваны вспышкой гнева, на самом же деле он ничего подобного не хотел сказать, а последующие события были вызваны тем, что верные рыцари поняли его слишком буквально.
И когда король узнал, что той же ночью четыре барона — Реджинальд Фитц-Урс, Хью де Моревиль, Ричард де Бретон и Уильям де Треси — поскакали в Кале, он отправил за ними погоню. Но погоня вернулась ни с чем.
Версия эта весьма сомнительна: король мог послать в Англию других баронов, которые пресекли бы попытку убийц расправиться с Бекетом. Он мог предупредить Генриха-младшего, чтобы тот охранял Бекета.
