Олигарх опознал дочь по татуировке на ноге, большая часть тела и лицо Анны сильно обгорели. Эдуард Гаркави воспитывал дочь один, его жена якобы скончалась, когда Анне исполнился год. Но по сведениям, которые удалось добыть вашему корреспонденту, ее мать, Ольга Гаркави, жива, она уехала из Москвы, вернее, ее выгнал муж, поймавший супругу с любовником. Анну Эдуард матери не отдал, он постарался оградить девочку от ее влияния. Но дурная генетика перевесила, начиная с пятнадцати лет дочь Гаркави стала объектом внимания прессы.
«Треп» не раз сообщал о драках, выпивках и приводах в милицию наследницы бизнесмена. Полгода назад Анна резко изменила свое поведение, она прошла курс лечения у психотерапевта и, по мнению близких, стала другой. Очень жаль, что смерть вырвала ее из жизни в тот момент, когда Анне едва исполнилось девятнадцать лет. Мы приносим наши соболезнования Эдуарду Гаркави».
В правом верхнем углу полосы серел снимок, я вгляделась в него и вздрогнула. Фотоаппарат папарацци запечатлел обгоревшую машину, а около нее носилки, прикрытые тряпкой, из-под которой торчала одна нога.
– Часы принадлежат Анне Гаркави, – произнесла Марина, – так указано в записях, мы непременно регистрируем владельца, потому что фирма «Ворт» предоставляет двадцатипятилетнюю гарантию. Я сама продавала Эдуарду Сергеевичу часы, он мне за красивую подарочную упаковку дал замечательные чаевые. Откуда у вас эти часики, а?
Продолжая говорить, Марина медленно опустила руку под прилавок.
– Пожалуйста, – быстро сказала я, – не нажимайте тревожную кнопку. Признаюсь, я обманула вас, эти часы упали мне на голову!
– Как? – разинула рот Марина.
– В прямом смысле слова, – вздохнула я, – давайте расскажу, вы только шум не поднимайте!..
– Случается же такое, – заахала продавщица после того, как я замолчала, – а вот на меня никогда ничего стоящего не падало. Повезло вам!
– В смысле?
– Знаете, сколько стоят эти часики? – понизила голос Марина.
– Мне сказали, что пятьдесят тысяч евро, но, думаю, цена ошибочна!
– Верно, – округлила глаза продавщица, – в два раза!
– Двадцать пять штук тоже не копейки!
Марина оперлась грудью о прилавок.
– Вы ошиблись! Они стоят сто тысяч!
– Врешь! – ахнула я.
Девушка снисходительно посмотрела на меня.
– «Ворт» не делает дешевые вещи, а Гаркави для своей дочери эксклюзив заказал. Хочешь мой совет?
– Ну? – ошарашенно спросила я.
– Тебе повезло, поняла? – прищурилась Марина.
