— Я бы попросила: мне далеко не безразлично!
— Ну как бы…
Одним странно женственным, плавным движением Даффилд свернулся в кресле почти в позе эмбриона и глубоко затянулся сигаретой. На одном из столов, за спинкой его кресла, в конусе света стоял большой студийный портрет его и Лулы Лэндри, явно сделанный во время какой-то фотосессии. Они шутливо боролись на фоне рисованных деревьев: Лула была в красном вечернем платье, а Даффилд — в облегающем черном костюме и сдвинутой на лоб шерстистой маске волка.
— Вот интересно: что запоет моя маменька, если я загнусь? Мои предки оформили судебное предписание, чтобы я не приближался к их дому, — сообщил он Страйку. — Это в основном папаша расстарался. Я пару лет назад у них телик увел. А знаешь что? — Изогнув шею, он посмотрел на Сиару. — Я уже месяц, одну неделю и два дня в завязке.
— Фантастика, малыш! Просто фантастика!
— Да! — подтвердил он и распрямился как пружина. — А почему ты мне вопросы не задаешь? — требовательно спросил он Страйка.
— Я думал, ты расследуешь убийство Лу?
С его бравадой как-то не вязалась дрожь в руках. У него задергались колени, совсем как у Джона Бристоу.
— По-твоему, это было убийство? — уточнил Страйк.
— Нет. — Даффилд затянулся сигаретой. — Да. Все может быть. Не знаю. Убийство всяко было бы легче объяснить, чем самоубийство. Она бы не покончила с собой, не оставив записки. Я все жду, что вот-вот всплывет записка. Только тогда я поверю. А пока — нет. Я даже похорон ее не помню, хоть убей.
Он пожевал сигарету губами и опять забарабанил пальцами по столу. Через некоторое время ему стало не по себе под молчаливым взглядом Страйка, и он перешел в наступление:
— Ну, спрашивай, что ли. Кто, говоришь, тебя нанял?
— Брат Лулы, Джон.
Пальцы Даффилда замерли.
— Этот алчный, хитрожопый мудак?
— Алчный?
— Вечно допытывался, на что она тратит деньги, хотя это не его собачье дело. Ты заметил, что богатые держат нормальных людей за халявщиков? Ее чертова семейка считала, что я паразитирую за ее счет, и со временем, — он покрутил пальцем у виска, — это мнение утвердилось, представляешь?
Он схватил со стола зажигалку «Зиппо» и начал щелкать, но безуспешно.
Страйк наблюдал, как вырываются в воздух и тут же умирают мелкие голубые искры, а Даффилд не умолкал:
— По-моему, он решил, что ей больше подходит какой-нибудь богатенький счетовод вроде него.
— Он адвокат.
— Не важно.
