— Впервые слышу.
— Здоровенный, говорит с ямайским акцентом.
— Возможно, тебя это поразит, но в Лондоне черный цвет кожи — не повод для знакомства.
— Меня интересует другое: ты с ним хоть раз перебросился словом? Или, может быть, Лула о нем рассказывала?
— Можно подумать, нам больше поговорить было не о чем, кроме как об этом охраннике.
— То же относится и к ее водителю, Кирану Коловас-Джонсу?
— Ну, этого я хотя бы знаю, — ухмыльнулся Сомэ. — Когда он думал, что я на него смотрю, принимал эффектные позы.
Манекенщик гребаный, метр с кепкой.
— Лула о нем что-нибудь говорила?
— Да с какой радости? — Сомэ начал изводиться. — Он — шофер, было бы о ком говорить.
— Он мне рассказал, что они с Лулой очень дружили. Хвастался, что она ему подарила куртку твоей фирмы. За девять сотен — ни больше ни меньше.
— Было бы чем хвастаться, — с легким пренебрежением бросил Сомэ. — Мои вещи за три куска влет уходят. Шлепну свой лейбл на любой спортивный костюм — с руками отрывают. Смешно было бы не воспользоваться.
— Да, кстати, об этом тоже хотел спросить, — вспомнил Страйк. — У тебя ведь есть коллекция… готовой одежды, так это называется?
Сомэ позабавил такой интерес.
— Ну, есть. Это вещи, которые шьются в стандартных размерах, сечешь? Просто заходишь в магазин и покупаешь.
— Ясно. И насколько широко они продаются?
— Да повсюду. Ты сам-то когда в последний раз был в магазине одежды? — спросил модельер, и его выпученные набок глаза обшарили темно-синий пиджак Страйка. — Это что на тебе, дембельский костюм?
— Когда ты говоришь «повсюду», это значит…
— В хороших универмагах, в бутиках, в интернет-магазинах, — перечислил Сомэ.
— А что?
— Один из тех парней, которые убегали в ту ночь от дома Лулы и попали в видеокамеру, был в куртке с твоим лейблом.
Сомэ едва заметно дернул головой; этот жест выдавал неприятие, смешанное с раздражением.
— Не он один; миллионы других тоже.
— Разве ты сам не видел?..
— Буду я всякое дерьмо смотреть! — взвился Сомэ.
— Вся эта… пресса, с позволения сказать… Я не хотел ничего читать, не хотел ничего слышать. Сказал, чтобы ко мне никого не пускали. — Он махнул рукой в сторону лестницы и своего персонала. — Я знал одно: Кукушки не стало, а Даффилду, судя по всему, есть что скрывать. Вот и все. С меня этого хватило.
— Ясно. Вернемся к одежде. На видео с камеры наблюдения видно, что Лула пришла домой в платье и пальто…
— Верно, это модели «Марибель» и «Фэй», — уточнил Сомэ.
