Поезд резко замедлил ход; размытые фигуры, проносившиеся за окнами, с каждой секундой становились все более отчетливыми. — Вы… вы считаете, что он не… что он может оказаться прав… что его сестру и в самом деле…
— Нам выходить."
"Побеленное здание бутика занимало один из самых дорогих земельных участков столицы, на Кондуит-стрит, вблизи пересечения с Нью-Бонд-стрит. Страйку выставленная в витринах пестрятина казалась чистой воды мещанским хламом. Вышитые бисером подушки; ароматические свечи в серебряных горшках; отрезы прихотливо драпированного шифона; аляповатые балахоны на манекенах без лиц; пухлые, вызывающе уродливые сумки — все это громоздилось на фоне задника в стиле поп-арта как памятник потреблядству, отравляющему и глаз, и душу.
В таком месте Страйк легко мог представить, как Тэнзи Бестиги и Урсула Мей наметанным глазом изучают четырехзначные суммы на ценниках и без особой радости останавливаются на сумочках из крокодиловой кожи, чтобы только развести на деньги своих нелюбимых мужей.
Робин стояла рядом и тоже разглядывала витрину, но думала о своем. Когда Страйк утром выходил курить, еще до того, как в контору позвонили «Временные решения», ей по телефону сообщили, что она успешно прошла собеседование. Теперь в течение двух дней требовалось подтвердить свое согласие или отказаться. Вспоминая об этом предложении, она всякий раз испытывала сильный укол волнения, которое хотела бы приписать удовольствию, но все больше склонялась к тому, что это страх.
Надо соглашаться.
Все говорило в пользу такого выбора. Ей посулили оклад, который они с Мэтью считали для нее пределом мечтаний. Солидная фирма в Уэст-Энде, расположение относительно удобное. Они с Мэтью могли бы вместе ходить обедать. На рынке труда застой. Счастье, что подвернулась такая возможность.
— У вас в пятницу было собеседование — как прошло? — поинтересовался Страйк, с прищуром глядя на расшитый блестками плащ, безобразный до тошноты.
— По-моему, неплохо, — туманно ответила Робин.
Она вспомнила, с каким воодушевлением только что встретила намек Страйка на вероятность того, что в истории с Лэндри не обошлось без убийцы. Неужели это было сказано всерьез? Робин заметила, что Страйк с преувеличенным вниманием изучает эти горы мишурных безделиц, как будто хочет найти в них нечто важное; разумеется (на мгновение она увидела его глазами Мэтью и мысленно заговорила с чужого голоса), это была всего лишь поза, рассчитанная на внешний эффект.
